Продолжение, начало тут

— Ну я-то, допустим, не смертный, - немедленно отреагировал незнакомец и выскочил на землю из-под обломков пирожкового автомата.

На удивление, это оказался всего лишь жалкий Слон. Они иногда залетали посидеть в тени в такую жару. Всякому в Преддверье было известно об их самолюбивом нраве, но чтобы так зарываться!?

— Прости, бессмертный друг, удачно тебе перевоплотиться, - сказал я и издал Воинственный Клич фундука. Взглянув на околевшего от ужаса Слоника я развернулся и пошёл прочь, на сей раз благоразумно положив пакет с пирожками рядом с трупиком - уберут…

Хитрый маленький Сурок, прятавшийся доселе за колонной, очнувшись от удара внезапно свалившегося кирпича, подбежал к пакету. Осторожно обнюхав его, он пришёл к выводу, что внутри должно быть что-то очень приятное. Тогда он схватил пакет в зубы и помчался за угол.

Откуда бедному зверьку было знать, что пирожки с изотопами амайи нельзя трясти…

Когда его останки соскребли со стен здания Парламента, дворник, поудивлявшись силе, с которой обычные пирожки при неправильном употреблении раскидывают всё вокруг, решил не мучаться и спрятать пакет с немногочисленными остатками Сурка под Главной Лестницей Парламента.

Откуда бедному дворнику было знать, что там, спрятанная глубоко в застенках, находилась Дверь…

Глубокой ночью по шоссе Шато мчался, набирая скорость, броневик боевиков Службы. С виду это был обыкновенный автомобиль, но только с виду. Водитель полностью полагался на датчики дороги. К сожалению, о местонахождении нарушителя не было обновлённых данных, поэтому приходилось начинать с того дворика.

Шоссе было почти пустым, и до прибытия можно было не волноваться. Заметив впереди фары перевозчика Торговцев, водитель сосредоточился. Не хватало только из-за невнимательности врезаться и нарваться на долгие разбирательства с Лигой.

Упавший перед машиной пакет водитель заметил почти сразу.

— Неужели кто-то из жителей? – пронеслось у него в голове. Пожав плечами, он лишь на секунду перехватил руль, чтобы подстраховать автоматику, решившую переехать неожиданное препятствие.

Бедный водитель, он не знал, что Сурки из системы Сириуса давно занесены в Книгу Запретов Преддверья как вымирающий вид – их мясо было слишком хорошей смазкой. Настолько хорошей, что даже улучшенная сцепка резины броневика не помогла водителю. Под резкие завывания дорожной системы безопасности два автомобиля слились, образовав на мгновение пару, танцующую необычное танго…

Двор

Зарин слишком долго был Хранителем, чтобы теперь проколоться на каком-то Госте, которого нельзя было по какой-то причине убивать. Он вспомнил про существо в углу двора. Сжимая в руке оружие и обходя останки Гостя, Илья направился к нему. Высокие дома стояли один к одному, образуя небольшой двор. Пробежать мимо Хранителя невозможно, поэтому он был относительно спокоен, хотя и убегали последние секунды. Зарин понимал, что группа захвата уже должна быть здесь. Но то ли она попала в пробку, то ли штаб оценивал возможности своего сто двадцать третьего Хранителя высоко и ещё не успел собрать боевиков.

Глава I

Подсознание кричало Зарину, что надо бежать, но какое-то чувство требовало спасти случайного свидетеля его провала.

— Эй, выходи, - крикнул Илья во тьму, - Выходи, а то пожалеешь.

Фраза прозвучала двусмысленно, но подбирать слова не было времени.

Остановившись метрах в пяти, Зарин всмотрелся в темноту, пытаясь определить, кто та загадочная тень впереди. Но единственное, что ему удалось разглядеть с такого расстояния сквозь зеленую муть ночи, это то, что существо принадлежало к расе людей, причем было молодым.

Илья убрал очки ночного видения. Хотя они и бывали полезны в бою, но в темноте он прекрасно ориентировался и без них. Человек в углу не шевелился. Казалось, его вообще не интересовало происходившее во дворе.

Новая забота не подняла настроения, впрочем, как и отсутствие группы захвата. Но об этом Илья предпочел на время забыть. Он кинулся вперёд и резким движением поставил незнакомца на ноги.

Это оказалась девушка, ещё совсем юная, лет пятнадцать, не больше. Илья остановился в нерешительности, - Не прекратить ли все её будущие страдания прямо здесь?

Он посмотрел на бластер в руке, тот по- прежнему был поставлен на полную мощность. С такого расстояния от человека ничего не останется. Девушка полными ужаса глазами смотрела на него и тихо плакала: для неё он мог быть кем угодно, но только не спасителем.

Ну и прекрасно, - подумал Зарин, лишних проблем ему не хотелось. Поскольку каждая следующая могла стать последней.

Одна из них, скрипнув тормозами, остановилась за углом.

— Тихо, - шепнул Илья девушке, - как тебя зовут?

— Лера, - шёпотом сказала девушка и перестала плакать.

— Чтобы не случилось, не высовывайся, - проронил сквозь зубы бывший Хранитель, он вдруг подумал, что она могла бы ему пригодиться, или что-то неуловимо привлекательное было в этой девушке.

Будет жаль, если она погибнет, - подумал Илья.

Тёмные, неправильно двигающиеся силуэты показались из-за угла. Длинные тени побежали от закованных в броню ног. Во двор ворвались красные лучи прицелов. Хранитель понимал, что пытаться выстоять против группы захвата бессмысленно и надо начинать вести переговоры.

— Мы сдаёмся, - крикнул Илья.

Ответом было молчание.

— Зря вы так, - усмехнулся Зарин. Он привык выбирать оружие себе сам, - Неужели они надеются на табельный бластер?

Когда рой светящихся красным реактивных пуль ворвался в узкий колодец двора, Илья понял – они надеются на что угодно. Единственный недостаток этого оружия был в недостаточной скорости пуль до выхода на цель: от них можно было увернуться.

Зарин упал на живот. Бластер тяжело захлюпал, выбрасывая в прилегающий переулок сгустки голубой плазмы. В ответ багровые лучи лазеров побежали по стенам домов, выжигая в них глубокие борозды.

Это же боевые лазеры - пронеслось в голове. За долгие годы работы мозг привык усваивать информацию в любых условиях - оружие военных. Что они здесь делают, это же проблемы Спокойствия.

Комок плазмы ударил в грудь одному из группы. Десантника швырнуло назад, пролетев несколько метров, он упал на спину, броня лязгнула по асфальту. Илья перевёл прицел на следующего, разум отступил на второй план, оставляя место рефлексам.

Расплавленный бетон стен водопадами сыпался на землю. Илья вставил новый аккумулятор и перекатился в сторону, поближе к девушке.

— Как ты, - тяжело дыша, спросил он, - Цела?

Она, испуганно глядя на него, осторожно кивнула. Группа отступила, чтобы переформироваться. Потери были минимальными: бластер практически не повреждал броню, и только многократные или прямые попадания наносили серьёзный урон. -

Надо выбираться, - решительно заявил Илья, - они скоро вернутся.

Илья вдруг подумал, что девчонка много пережила и с трудом понимает происходящее. Он подхватил её одной рукой, а другой, сжимая бластер, двинулся вперёд.

Кто-то в шлеме высунулся из-за угла и получил заряд высокотемпературной плазмы в лицо. За углом стоял броневик десантников, бойцы меняли броню. Несколько не успели одеть новую. Илья поднял правую руку, переводя оружие на одного из них. Хранитель привычным движением нажал на курок, вместо выстрела бластер издал тоненький писк. Толстая стрелка в столбике заряда переползла в красную зону. Из-за спины послышалось жужжание перегруженных моторов брони, Илья начал оборачиваться, но сокрушающий удар в голову прекратил его движение. Предательски подогнулись ноги. Отключающееся сознание Зарина успело воспринять чей-то вопль, прежде чем шершавый ночной асфальт тяжело ударил ему в лицо.

Небо было непривычно сиреневое, как на закате. Вот только зелёное солнце стояло высоко в зените. Солнце зелёное! Мысль заставила Зарина придти в себя. Он сидел под высоким деревом на краю леса. Дерево напоминало пальму, с длинными синими листьями, которые свисали до земли и медленно покачивались порывами лёгкого ветерка. На коленях перед Зариным стояла девушка. Он как будто где-то видел её, но не мог вспомнить где. Он замотал головой - воспоминания рекой хлынули в мозг:

Гости. Группа захвата. Девчонка, кажется её звали Лерой. Удар по голове. Лера!

Он не мог вспомнить больше ничего, но рефлексы уже начинали работать. Они подсказали Илье, что девушка перед ним, скорее всего и есть его случайная знакомая. Но вот только она не была похожа на ту испуганную девчонку из ночного двора. Перед ним сидела симпатичная молодая девушка. Светлые волосы спадали на плечи, лукавые зелёные глаза смотрели на Зарина из-под густой чёлки.

— Ну, наконец-то ты проснулся, - сказала Лера.

— Где мы, что это за место? – Илья вскочил на ноги, - Что происходит, кто ты?

— Без резких движений, пожалуйста, - человек сидел в стороне спиной к Зарину и реальной угрозы не представлял.

— Что это за место, - уже спокойнее повторил Зарин.

”Человек” обернулся и внимательно посмотрел на Хранителя. Два больших жёлтых глаза смотрели со щербатого, бурого лица. Существо улыбнулось, показывая два ряда коротких плоских зубов:

Как у человека, - отметил про себя Илья.

— Алекс, - ”человек” протянул Зарину широкую коричневую ладонь, - Если по вашему, то Саша.

Хранитель осторожно протянул руку. Всё могло быть ловушкой, но неуважение местных традиций могло быть ещё опаснее.

— Илья, - коротко сказал Зарин.

— Вот вы и познакомились, - радостно сказала Лера, подходя к ним.

— Пожалуй, - неуверенно произнёс Илья, - Вы ответите, наконец, где я?

— По ту сторону Двери, - сообщил Алекс.

— Нет, - понимая, что пытается обмануть самого себя, тихо сказал тот, кто ещё несколько часов назад был Хранителем Спокойствия.

— Ты разбираешься в этих вещах лучше многих, Илья, - Лера заглянула ему в глаза, - Ты в Гостях.

Немногие из ныне живущих по ту сторону Двери могли похвастаться тем, что были в Гостях, и Зарин пока не собирался входить в их число. После Второго Конфликта ни одна сторона официально не открывала Двери. Но если бы их не открывали вообще, то не нужна была бы и Служба Спокойствия, таможней вставшая на грани миров.

Открыть Дверь в пределах планеты считалось невозможным, и как опровержение этих слов далеко в поле перед лесом висело марево раскрытого Провала. Странное существо, напоминающее рогатого бегемота, не торопясь, подошло к Провалу, и шагнуло в Дверь.

-Вы начали Вторжение! – вскричал Зарин.

В ответ Алекс виновато склонил треугольную голову на бок и пожал плечами.

— Мы не хотим войны, - спокойно сказал Саша, кладя руку на плечо Лере, - Мы своё дело сделали, теперь дело за тобой.

— Вы не поняли, - пытаясь не терять самообладание, произнёс Илья, - Никакой войны не будет, просто в ваше пространство вывалят дюжину гравитационных боеголовок…

— Кто? – удивлённо спросил Алекс. Пока Зарин обдумывал ответ, он продолжил, - Спокойствие, Лига, Контроль?

Он знал всё, даже о Контроле, о котором ходили легенды по ту сторону Двери.

— Но Служба Спокойствия…, - начал было Хранитель.

— Пятнадцать тысяч чудаков, которые вообразили себя королями вселенной, - зло сказал Гость, - Да кто вам оружие даст.

Это стало последней каплей, даже у Хранителей терпение не безгранично, тем более у Хранителей. Пальцы Ильи мёртвой хваткой сомкнулись на горле Алекса. Каково же было удивление Зарина, когда Гость у него на глазах превратился из подобия человека в небольшого дракона с длинным шипастым хвостом.

— Прекратите, - донёсся испуганный крик Леры. - Ты же убьёшь его, Илья, - в её глазах читался неподдельный ужас.

Сам факт того, что он может победить, заставил Зарина взять над собой контроль. Дракон быстро усыхал, превращаясь в небольшого Гостя с бурой щербатой кожей.

— Ты видишь только отражения наших чувств, - тяжело дыша произнёс Алекс, - Так всегда с Гостями.

Мысль пришла очень неожиданно:

— Кем я был? – испуганно спросил Илья.

— Тебе лучше всего этого не знать, - Алекс пытался казаться равнодушным. Хранитель пристально посмотрел на него.

— Нет! – вдруг резко сказала Лера, - Ты меняешься, пытайся сохранять спокойствие, пожалуйста, ты меня пугаешь.

— Все Гости выглядят очень страшно, но не потому, что они злые, просто они боятся. Кругом чужой мир, страшный мир, - Алекс стал почти похож на человека, даже кожа посветлела.

— Но Лера, почему она не меняется, - мозг Хранителя, привыкший впитывать информацию как губка, наконец, добрался до заветного лакомства.

— Она другая, - просто объяснил Саша, - Даже для меня она слабо меняется.

— Почему даже? – заинтересовался Зарин.

Ветер усилился, высокая жёлтая трава на поле пошла волнами. Ветки деревьев закачались, тихо скребя землю. Гость вышел на опушку леса и долго глядел в низкое, сиреневое небо.

— Будет дождь, - вдруг сказал он.

— Что? – переспросил Илья.

— Ну, дождь, когда вода падает с неба, - он сделал неопределённый жест рукой, - Лера говорила, что у вас тоже есть дождь, - Алекс посмотрел на молчаливо сидящую в стороне девушку.

Илья взглянул на небо: жёлтые тучи неслись на запад. Он не сомневался, что запад там. Всё стало так ясно и просто.

— Тебе может не поздоровиться, - сказал Илья, вздохнул и добавил, - Почему Хранители любят дождь?

— Идите, Служба уже в курсе, скоро здесь будет ад, - Алекс усмехнулся, - Наверное, знакомая фраза?

— Кто она? - тихо спросил Зарин, застёгивая молнию. Ветер усиливался.

— Наше спасение, - печально сказал Алекс, - Но ты должен её беречь.

— Мы убили себя, - только и сказал Илья.

— Иначе вы убьёте четырнадцать обитаемых миров своего пространства. Кто-то должен был это понять, я рад – Служба была создана не зря.

Хранители пожали друг другу руки. Илья Зарин в последний раз посмотрел в серые глаза.

— Пойдём, - он повернулся к Лере. Девочка тихо плакала:

— Я не думала, что всё так обернётся.

— Всё обернётся ещё хуже, если вы не уйдёте, - стоящий на краю леса в развивающемся плаще Саша был похож на доброго рыцаря из детских сказок.

Когда они с Лерой уже спускались по склону холма к Провалу, Илья обернулся. В руке Алекса сверкнул до боли знакомый плазменный бластер. В памяти всплыла строчка из какого-то учебника: “…оружие Гостей не похоже на наше…”. О каких правилах может идти речь, если они основаны на том, что Гости – это зло, а Гости – это мы.

Глава II

Тёмная масса крейсера медленно выползла из густой тени планеты. Зеркальная броня заблестела на солнце. Капитан не торопясь подошёл к обзорным экранам: перед глазами плыл Рейн, планета, где он вырос, и которую он должен был теперь охранять.

Транспорт, дающий позывные Торговой Лиги, приближался со стороны второго спутника – Сэнда. Посадочная траектория пролегала в пятистах километрах от орбиты крейсера. Но что-то смутило капитана в обычном грузовике.

— Сообщение экипажу корабля СТ-1021: измените траекторию и выходите на стыковку с одним из кораблей сопровождения, - капитан Хорн не мог конкретно объяснить, что заставило отдать этот приказ. Но ему казалось, что от его поступка будет зависеть многое.

— Но, капитан, это же корабль Торговцев, у них восьмой уровень срочности. Как бы это боком не вышло? – пилот всем видом показывал, что не уверен в правильности действий начальства.

— Кто мы – военные или трусы, которые боятся каких-то торгашей? - капитан Алан Хорн всегда вызывал в подчинённых тот трепет и уважение, которое нельзя купить никакими деньгами. Его любили за смелость, за уверенность, с которой он принимал самые важные и ответственные решения. По официальным данным вся его семья погибла во время Второго Конфликта. После этого он ушёл в Войска с твёрдым желанием не допустить нового Вторжения. Алан быстро продвигался по служебной лестнице и уже в двадцать четыре года стал капитаном эсминца. Он был тем героем из книжек, который вечно боролся за добро и справедливость.

В свои пятьдесят четыре Хорн успел принять участие в двух мелких межрасовых конфликтах, а также в подавлении нескольких мятежей на периферийных планетах.

— Выполняйте, - резко добавил он.

— Понял, выполняю, - страх пилота перед Лигой отступил перед авторитетом капитана.

Тысячи звёзд плыли за бронированными бортами корабля. Некоторые из них имели нестандартное для обычных звёзд происхождение: итоги долгого труда, воплотившего в жизнь человеческую мечту. Невооружённым глазом можно было увидеть почти все корабли флота:

Вдалеке справа плыла, отливающая металлическим блеском, громада второго крейсера. Ракетоносцы поддержки казались маленькими синими звёздочками. Но только из-за расстояния - “Стражники” были длиной почти с крейсер. Серебристые пятна эсминцев мелькнули на экранах, уносясь прочь.

Послание на гипер-волне преодолело расстояние почти мгновенно, но торговцы не торопились с ответом.

— Совсем зазнались.

Подчинённые не понимали причины неожиданного беспокойства капитана.

— Хотят уйти в атмосферу, думают, не достанем, - Алан усмехнулся, - Ну, ребята, поиграем в войну. Пора вам понять, что всё вовсе не так красиво, как в играх и новостях. Передавайте на корабль поддержки дельта семь: ракеты к бою, пусть возьмут наши координаты наведения. Перехватчики второй и четвёртый в зону контакта. Да, и дайте по ним залп лазерами на минимальной мощности.

В рубке была полная тишина. Все видели капитана таким впервые и молча смотрели на своего командира. Было слышно как тикают механические часы на руке Алана – награда за операцию в системе Альфа Центавра.

— Быстро! – гаркнул Хорн и хлопнул в ладоши. Помещение в миг наполнилось рабочим шумом: щёлканьем клавиш, писком и кваканьем аппаратуры, многоголосым гомоном экипажа. По обзорным экранам поползли зелёные сетки прицелов.

— Может, из них что и выйдет, - задумчиво произнёс капитан, внимательно глядя на свою команду. Он сложил руки за спиной, хрустнув манжетами мундира, и медленно вышел из рубки.

Холодный ветер трепал волосы. Огромная плоскость Провала, переливаясь всеми цветами радуги, уходила в небо. Ветер дул из ниоткуда, из-за грани миров, пытаясь компенсировать разницу в давлении между пространствами. Становилось холодно. Серые тучи неслись по вечернему небу, предрекая близкий дождь.

На фоне пепельного неба город казался неживым. Стая испуганных чем-то птиц сорвалась с одного из высотных домов, прибавляя холодным бетонным стенам каплю жизни. С неба упала первая мокрая капля.

Лера стёрла её со щеки, но на её место тут же упал десяток: начинался ливень.

— Пойдём, - Илья растянул над девушкой остатки своего плаща, пытаясь защитить её от хлынувших с неба струй, - Надо где-нибудь укрыться, а то ты вся вымокнешь.

— А ты? - Лера хотела вывернуться из-под плаща и встать рядом с Хранителем, но у неё ничего не получилось и она осталась стоять рядом с в миг вымокшим до нитки Зариным.

— Я люблю дождь, - Зарин закинул голову, ловя ртом большие холодные капли, - Не вырывайся, я всё равно не дам тебе промокнуть, - он сурово посмотрел на девушку.

— Где предлагаешь спрятаться? – Лера надула губки, выражая обиду.

Как и все подростки, она хотела казаться взрослой, и всякое ущемление прав больно било по её самолюбию. Вот и теперь, когда Илья воспринимал её как ребёнка, Лере стало просто необходимо доказать ему обратное: она привстала на цыпочки и неумело чмокнула Зарина в небритую щёку, при этом добавив:

— Спасибо за всё Илья. Мне очень жаль, что ты меня нашёл, у нас всё равно ничего не получится.

— Пойдём, мне кажется, я вижу, где укрыться, - Хранитель как бы и не услышал слов Леры.

Под шум дождя и обиженные реплики девушки они пошли по полю прочь от Двери. Илье казалось, что по эту сторону Провала их встретят Войска, Спокойствие и ещё несколько неофициальных организаций, которые так или иначе контролируют перемещение между мирами. Но на Дверь, открывшуюся в нескольких сотнях метров от главного города планеты, кажется, было всем наплевать. Зарину очень хотелось знать, что же происходит. Он жалел, что Спокойствие никогда не удосуживалось объяснять Хранителям причину их действий. Задания подчас выполнялись людьми, даже не подозревающими о своей истиной работе. В этом и была сила Службы Спокойствия: все операции проводились настолько тихо, что о них даже не знали.

Наконец, Илья и Лера добрались до какого- то заброшенного дома на окраине Шато и прошли в узкий дверной проём. Остатки старой двери давно валились вовнутрь, и поэтому в доме было также холодно, как и на улице.

— Почему нас больше не ловят, не знаешь? - обратился Илья к своей юной знакомой, желая, наконец, узнать имеет ли она какое-то отношение ко всему происходящему.

— И, кстати, кто ты такая? – добавил он. Общаться с незнакомым человеком Зарин не считал правильным. Рассказывать же о себе и о Спокойствии он не хотел.

Уйти от ответа не представлялось возможным, и девушка решила по порядку объяснить ситуацию.

— Во-первых, я думаю, что нас, то есть тебя, всё ещё ловят, - начала она, садясь на старый пластиковый стул - древняя конструкция не выдержала и сломалась с характерным хрустом. Девушка решила не вставать и продолжила с пола, - Что касается меня, то я ещё сама толком всё не поняла. Когда я очнулась, я увидела тебя и какого-то монстра, который пытался тебя съесть.

— Ну-ну, продолжай, - Зарин присел рядом.

— Я страшно испугалась, думала, что оно сожрёт и меня, - девочка шмыгнула носом, - Ну, а потом ты и сам всё знаешь.

— То есть, ты хочешь сказать, что не помнишь, что было с тобой до этого?

— Нет, - Лера замотала своей симпатичной головкой, - Я как будто спала, а потом проснулась, но о чём сон не помню.

Она пожала плечиками и громко чихнула.

— Простудилась.

Илья дотронулся до её лба, температура пока не поднялась, но к вечеру может, а у него даже нет лекарств. Надо будет хоть одежду посушить. Но сначала ему хотелось узнать немного больше о той, которую он взялся спасать.

— А как мы прошли Дверь? - спросил Зарин.

— Я мало помню… - Лера снова чихнула, - Ты схватил меня и бросился куда-то бежать. Кругом был голубой огонь. Потом тебя ударили по голове – несильно, я думала, ты встанешь. Но ты упал и больше не поднимался. Видимо у бойцов был приказ взять только тебя, а я им была не нужна. Я обрадовалась, что они меня оставят, но один из них повернулся ко мне – в руке у него был боевой лазер, вот тогда я действительно напугалась. Я закричала, просила пощадить меня, но бойцу было всё равно. Наверное, я некрасивая, вот и тебе не нравлюсь, - она заплакала.

— Перестань, - Илья обнял её за плечи и ласково погладил по голове, - ты очень красивая, просто у солдата был приказ, и его надо было выполнять.

— Правда? – девушка вытерла слёзы и внимательно посмотрела на Зарина, - Ты меня не обманываешь? Но тогда почему я тебе не нравлюсь?

— Правда, - вздохнул Хранитель, - Мы с тобой по возрасту не подходим, я старше тебя по крайней мере в два раза.

— Возраст не главное, - серьёзно заявила девушка, и отвернулась.

— Ну не обижайся, - Зарин слегка улыбнулся, - Может я и не прав.

Не хватало ещё, чтобы она в меня влюбилась – герой одиночка и его верная спутница. Хранитель усмехнулся про себя – нет, так бывает только в кино. Вот всё закончится, он найдёт её родителей и отвезёт домой. С чего Алекс взял, что она что-то знает?

— А потом появился Алекс, - как бы прочитав мысли Зарина, продолжила Лера, - Он был огромный в блестящей броне с горящими глазами. Он в миг раскидал всех десантников, схватил нас с тобой, и в Провал.

— Как в Провал? Мы же были на другом конце города, - удивился Илья, косясь на низкий потолок помещения, с которого начинала капать вода.

— Он открыл свой, маленький, - девушка сказала это так просто, как будто у них в городе каждый день открывали Двери.

— А после?

— Пока ты спал, Саша коротко ввёл меня в курс дела. Сказал, что Гости открыли Дверь и ведут переговоры с нашим пространством. Он также сказал, что как будто видел меня там, по ту сторону Двери.

— Ты была в Гостях?! - в происходящее верилось с трудом.

— Я же говорю – не помню. Но кое какие моменты всплывают: например я знала, что солнце у них зелёное.

Ситуация прояснилась не сильно, но теперь стало больше данных, на которые можно было опираться.

За разбитыми окнами стемнело, но дождь не прекращался, хотя и стал слабее. Ветер слабо выл, забрасывая в дом водяную пыль с улицы. Пора было подумать и о ночлеге. Зарин за годы работы в Службе привык спать где угодно и расслабляться в любых ситуациях. Его больше беспокоило, что делать с девочкой, которая и так простужена.

— Спать ещё не пора, - сказал Илья, вставая и демонстративно глядя на часы, - Раздевайся, будем сушить одежду.

— Ты что, - удивилась Лера, - я тебя стесняюсь.

— Как знаешь, - Зарин пожал плечами и снял с себя мокрый свитер.

Затем он наклонился и вытащил из разорванного плаща энергоблок – как он только сохранился? Цепкий взгляд побежал по помещению, выискивая металлические предметы. Он наткнулся на длинный, ржавый кусок арматуры. Илья поднял его, с видимым усилием согнул в дугу, и, подсоединив его к клеммам питания обрывками проводов, нажал на кнопку с зелёной надписью “Вкл.”.

Голубая искра сорвалась с края энергоблока, воздух запах озоном. Толстая арматурина раскалилась до красна. Зарин мельком взглянул на показатель энергии – не хотелось повторить прокол с бластером.

— На пол ночи хватит, - бросил он, раскладывая кругом свою одежду. Остатки плаща он сушить не стал.

— Отвернись, - услышал Илья голос из-за спины. Он обернулся – Лера стягивала с себя мокрые джинсы, - Отвернись! – повторила она строже и покраснела.

Хранитель Спокойствия, усмехаясь себе под нос, отвернулся от раздевающейся девчонки. Да она даже представляет, что ему приходилось видеть по долгу Службы.

Через полчаса одежда подсохла, а в некоторых местах немного обуглилась. Но это было даже интересно, и как показалось Лере, модно. Металлический стержень тускло тлел, пытаясь вырвать из темноты силуэты засыпающих людей. Лера пробормотала сквозь пелену надвигающегося сна что-то про Двери и Спокойствие. И вскоре, уткнувшись в плечо Ильи, она тихо заснула. Сам Илья, пообещав себе, что проснётся через час, последовал её примеру.

Тёплый весенний ветер трепал бы мои волосы, если бы они у меня были. С обрыва открывался великолепный вид на тёмно-зелёное небо и серое море, которые, сливаясь, превращались в хороший пример диффузии. Но поскольку физиком я не был, я не стал говорить этого Афанасию, стоявшему рядом.

Сегодня был один из тех редких дней, когда у него не было никаких дел. Серьёзный фанасианин, в такие дни он превращался в романтика, мечтающего о чём-то неизведанном и прекрасном. Сейчас мы отдыхали загородом, у моря, расположившись на краю обрыва.

— Жизнь – это гораздо больше того, что мы видим вокруг, - Афанасий задумчиво смотрел на линию горизонта, - Стоит только оторваться от повседневных забот, и начинаешь понимать, сколько теряешь… А в принципе, ведь никогда не оценить того, что имеешь, пока не появится угроза потерять это.

— Как какая-нибудь бесполезная вещь, о которой вспоминаешь, только когда её теряешь?

— Не совсем. Это скорее мелочность. Я имею в виду то же самое, как, к примеру, сон – ты понимаешь, как приятно спать, только когда долго не спал. Или отдых – если смертельно устал, то отдых покажется счастьем. Возможно, мы способны наслаждаться жизнью, тем, что она нам даёт, только если сначала пройдём через трудности, чтобы это взять.

Афанасий любил в такие минуты пофилософствовать. Ему, наверное, казалось при этом, что он становится над этим миром, и всё, что есть сложного в жизни, остаётся где-то внизу и становится простым и понятным. Это, наверное, здорово, но я не любил такие моменты.

— Пойдём, перекусим, - мы были здесь с утра, и я успел проголодаться.

— Да, пойдём.

Мы расположились у скатерти, расстеленной на траве, и я начал доставать еду из корзины. Конечно, ничего у меня не получилось – ведь у меня нет рук, и пришлось этим заниматься Афанасию. Он справился быстро, и через пять минут мы уже приступали к еде.

На счастье, с моря дул довольно-таки сильный ветер, и у Афанасия не было проблем со мной и моим комбинезоном. Помогая себе ложноножкой, я взял кусочек нежнейшего мяса свежей мыши и отправил его в рот.

— Кстати, что там за разговор был в Парламенте о прекращении переговоров? – мне была интересна судьба Задверья.

— Пока ещё ничего не ясно, кое-кто из наших боится вести переговоры с людьми – считает, что они слишком агрессивны и не потерпят нашей полной независимости.

— И что они предлагают?

— Сейчас многие всерьёз рассматривают возможность Вторжения в Задверье…

— О, это серьёзно. Надеюсь, до этого не дойдёт, - но, по правде сказать, мне была больше интересна судьба ароматной подливки для мяса. А о Парламенте можно поговорить и на заседании…

Второй спутник плыл в обзорных экранах, предоставляя взгляду свои огромные пустыни. Капитан немного постоял в коридоре, любуясь его далёкими пейзажами. Он решал, стоит ли возвращаться в рубку или можно будет наблюдать стыковку и из своей каюты. В этот момент свечение ламп в коридоре перешло из белого в красный спектр. Резко и взволнованно завыла сирена.

Алан Хорн вихрем ворвался в командный центр.

— Зелёные Раффы! Что у вас происходит?

— Транспорт не реагирует на приказы изменить траекторию. Скорость прежняя – двадцать два, - первый пилот смотрел на капитана, в ожидании дальнейших указаний.

— И это повод объявлять тревогу?!

— Капитан, взгляните на расчётные траектории, - пилот не сводил с Алана глаз.

Две красные линии на объёмном мониторе пересекались в двухстах километрах от планеты.

— Таран? – капитан не казался растерянным. Скорее наоборот – ожидал чего-то подобного, - Время столкновения?

— Четыре минуты. Вероятность столкновения с крейсером семьдесят три процента, с ракетоносцем поддержки - девятнадцать. В зависимости от перевозимого транспортом груза можно компенсировать удар щитами, - было видно, что молодой пилот сильно волнуется, не в пример бывалому капитану, - Возможно изменение траектории наших кораблей со снижением вероятности столкновения до двух процентов. Капитан?

— Увеличьте мощность лазеров в три раза и дайте по транспорту ещё залп – посмотрим как они отреагируют, - Хорн был невозмутим и спокоен, подавая пример команде.

На экранах полыхнуло синим. Мгновенно пришло сообщение с перехватчиков:

— Капитан, нас ведут радары корабля, мы на прицеле.

Первым не выдержал пилот.

— На каком прицеле? Это же обычный транспорт Лиги.

— Так и знал, - произнёс себе под нос Алан, пилот с восторгом посмотрел на своего командира, - Уходите на безопасное расстояние. При малейшем проявлении агрессии уничтожьте корабль.

— Корабль СТ-1021, идентифицированный как транспорт Торговой Лиги, вышел на связь. Соединять?

— Валяй, - весело согласился капитан.

На экране возникли испуганные лица пилотов – хорошо, значит, опасность они поняли.

— Начинайте торможение с последующей стыковкой к кораблям флота, - обронил Алан.

— Но капитан, у нас важный груз…, - начал один из пилотов транспорта.

Алан Хорн улыбнулся и кивнул энергетикам крейсера. Какое мирное название профессии, если не принимать во внимание, что оружие тоже попадает под термин “энергия”. Наверное, с транспорта было очень красиво наблюдать, возникший в ста метрах перед кораблём голубой столб света.

Прерывая извинения пилотов и обещания сейчас же начать стыковку, в объектив камеры влезло лицо человека в строгом чёрном костюме.

— Алан, какого чёрта!? Прекрати этот балаган и дай мне сесть, - начал человек вместо положенного приветствия.

— Гражданское лицо, - констатировал капитан, - По уставу транспорты среднего класса не могут перевозить пассажиров.

— Ты псих, Хорн! – прокричал человек, - Ты не видишь, кто я!?

Глава Торговой Лиги на Рейне Солд Далзен был более чем известным человеком. Начав свою карьеру с бытовых роботов, сейчас он являлся владельцем трети промышленности планеты. Ему льстили сотни, боялись тысячи, ненавидели миллионы. Алан Хорн скорее подходил под третью категорию. Но вот зачем главе Лиги лететь на транспорте?

— Вообще-то мне всё равно. Выполняйте приказание.

— Ты за это ответишь, щенок, - кожа на лице торговца пошла красными пятнами, - Ты повредил обшивку корабля своими лазерами. Это веский аргумент, чтобы начать громкое дело.

— Обшивка повреждена столкновением с метеоритами в околопланетном пространстве. Могу привести траекторию метеорного роя, - капитан был невозмутим, - После стыковки вы получите пятнадцать суток ареста за оскорбление офицера, и ещё пятнадцать за препятствие выполнению приказов Войск. Конец связи.

Единственное, что останавливало Лигу от того, чтобы не разваливать Войска экономически, это то, что Войска могли проделать с Лигой то же самое физически. Мир, давно заключённый с разумными расами человеческого космоса, и мир с Гостями, поддерживаемый Спокойствием, не могли установить стабильность в Федерации. Напряжённость отношений между её составляющими нарастала с каждым годом. Рано или поздно внутренние распри должны были развалить сильнейшее государство Альфа сектора галактики.

Хорн прекрасно понимал, что в последствии долгие разбирательства с Лигой неизбежны, но сейчас какое-то чувство твердило о необходимости досмотра корабля.

Илья проснулся не через час, а через пятнадцать минут. Дождь прекратился. Тихо похрустывая, тлела арматура. Что же заставило Хранителя проснуться? Он осторожно, чтобы не разбудить Леру, поднялся и вышел на улицу. Мокрая, жёсткая трава скрипела под ногами. Зарин взглянул в низкое серое небо. Планета вечной осени - всплыли слова какого-то поэта. Мерно шумел не желающий засыпать город. Звук, разбудивший Хранителя, приближался со стороны Провала, и сам факт этого не сулил ни чего хорошего.

Истребитель вынырнул из-за облаков и в переливающемся радужной плёнкой пузыре щитов вошёл в Дверь. Ударная волна двигателей с рёвом прошла над городом. Илью швырнуло обратно в дом. Проснувшаяся Лера испуганно посмотрела на него.

— Что случилось?

— Наши отправили в Провал истребитель, - Зарин удивлённо заметил, что несмотря на возраст, страх Лера почти не может скрыть.

Что Алекс говорил про внешние изменения Гостей!? Девчонка не местная.

Мысли пронеслись в голове, оставляя холодный туман догадок.

— Не бойся, всё будет хорошо, - успокаивая девушку, произнёс Илья.

Ничего хорошо уже не будет.

Перестать паниковать, мало что ли видел Гостей.

Она права – лучше бы вообще её не находил.

Зачем вообще застрелил этого Гостя.

Вдруг мысли в голове Хранителя пронзила идея, которую он почему-то до сих пор не брал во внимание:

— Всё было не так, - сказал он громко.

— Что? – удивлённо спросила, не успевшая заснуть Лера.

— Когда, по словам Алекса, Гости начали вести переговоры?

— Два дня назад, а что это важно?

— Здесь всё важно, - поучительно заметил Илья, - Я застрелил Гостя, потому что он напал на меня. Это не противоречит законам Спокойствия. Меня никто не предупреждал о важности Гостя. Но при этом Саша говорил, что Гости меняются в зависимости от того, что они чувствуют: Гость нападал на меня, вполне понимая свои действия. Причём нападал без оружия, сознательно отдавая свою жизнь. Гость не причина – повод! Им просто надо было меня убрать, я прокололся раньше.

— Сильно! – согласилась Лера, - Что будем делать?

И действительно необходимо было менять укрытие, находиться в таком месте было достаточно опасно.

За стеной что-то хруснуло.

— Тихо, - прошептал Илья, ловя себя на мысли, что уже говорил это. Но вот бластера теперь уже не было.

Он медленно поднялся и бесшумно подкрался к двери. Показав Лере жестом оставаться на месте, Зарин исчез в дверном проёме.

Снова поднялся ветер, выдувая из дома тепло и принося на его место ночную прохладу. Просидев на одном месте минут пять, Лера всё-таки поднялась и осторожно подошла к выходу. В тёмный проём двери смотрела ночь. Зарин, кажется, растворился в её сумраке - никаких признаков существования Хранителя не наблюдалось.

Лера выглянула за угол. Блеклый свет двух лун, прорывающийся сквозь облака, вырвал у ночи угол соседнего дома… стоящие рядом с ним броневики Службы Спокойствия и несколько фигур в бронекостюмах.

Чья-то тяжёлая рука легла девушке на плечо. Она попыталась закричать, но вторая рука закрыла ей рот. На уровень её глаз опустилось немного взволнованное лицо Ильи.

— Почему вышла из дома?

— Я…

— Пожалуйста, в будущем точно выполняй мои указания. Это может стоить тебе жизни, - подумав, Хранитель добавил, - И мне тоже.

— Похоже, ты была права: нас ещё ищут, - продолжил Зарин, - И именно нас. Я вспомнил, где возможно, допустил промашку. Было одно задание: что-то связанное с “новыми” Гостями, я не совсем в курсе.

— И что ты должен был сделать? - поинтересовалась Лера.

— Я должен был выкрасть для Спокойствия одну девушку. Эта девушка - ты.

— Как это выкрасть? Вы не можете так использовать обычных людей, - Лера покачала головой, - Вы же врываетесь в их личную жизнь: это не правильно.

— Лера, мир не такой красивый, как кажется. У каждого красивого фантика есть обратная сторона, и если поднять его из грязи она не сможет быть чистой. Это политика, которую Спокойствие ведёт со своего образования – если общество не отдаёт нам что-то, мы забираем это сами.

— Тогда вы не сможете нам противостоять, - девушка грустно улыбнулась, - Мы дадим вашему миру свободу, Свободу, о которой вы мечтали.

— В таком случае вы выбрали не тот мир, - Хранитель спокойно посмотрел в глаза красивой стройной девушке, стоящей пред ним, - У нас свобода никому не нужна.

Глава III

Серая пелена атмосферы плыла далеко внизу. Там был дождь, так привычный всей планете. Иногда облака озарялись вспышками голубых молний. Никогда Алану не казалось, что он видит всё это так резко и чётко.

Как последний раз, - пронеслось в голове.

Транспорт медленно приближался. Хорн разрешил пристыковаться к крейсеру, всё ещё не понимая, что же им движет. Пилоты внимательно наблюдали за подходящим кораблём.

— Надо снимать щиты, иначе они разобьются, - сообщил один из них.

— Снимайте, - где-то под сердцем у капитана, как будто что-то оборвалось. “Зачем мы это сделали?” - подумал он.

Щит, незаменимый компонент любой оборонительной системы, имел только один существенный недостаток: сквозь него можно было вести лишь ограниченный набор наблюдений.

— Капитан, вокруг корабля Торговцев сильные гравитационные флуктуации, - тихо произнёс пилот. Данные, получаемые уже при отключенных щитах, начали поступать в компьютеры крейсера, - С вероятностью восемьдесят девять процентов, они перевозят…

— Гравитационную боеголовку, - закончил Алан.

В рубке снова наступила тишина, только пищал зуммер под красной лампочкой на одном из пультов, запоздало предупреждая о возможной опасности.

— Кораблям поддержки немедленно покинуть зону возможного взрыва, - Хорн обвёл взглядом команду: двенадцать молодых человек, которые отдадут жизнь из-за его невнимательности, - Экипажам “Стражников” действовать по обстановке, - красивой фразой он подвёл черту под своей жизнью.

Далеко в корме крейсера глухо щёлкнули стыковочные модули.

— Экипажу перейти в спасательные капсулы, - грустно сказал капитан, - И пожалуйста, без геройства. Когда “Стражники” разнесут корабль, вас на борту быть не должно.

Безмолвная команда осталась сидеть в креслах.

— Капитан, - начал первый пилот, - Вы научили нас всему, вы были все эти годы нам как отец. Позвольте досмотреть эту пьесу до конца. Кроме того, чтобы управлять крейсером, нужно по крайней мере три человека.

— Пилот и энергетик - останьтесь, - радостно согласился Алан: он смог сделать из них не солдат, а людей, - А остальных прошу покинуть корабль, я не хочу чтобы вы погибли, когда можете выжить – это главный закон войны. Она не принимает напрасных жертв.

Экипаж вставал по одному. Только когда один прощался с капитаном и выходил за дверь, вставал следующий. Через десять минут в командном центре осталось только четыре человека: два пилота, энергетик и капитан. Второй пилот с бледным лицом пожал широкую ладонь капитана.

— Когда сядете, передайте на ракетоносцы, что я отменяю приказ. Код красный орёл, - последние напутствия капитана прозвучали почти шёпотом, - Да, и садитесь в тяжёлой броне – никто не знает, как и кто встретят экипаж убитого крейсера.

Пилот усмехнулся. Входя в дверной проём, он обернулся:

— Удачи вам, капитан.

Алан молча кивнул и обернулся к остаткам своей команды.

— Какова вероятность успешного приземления спасательных капсул?

— Учитывая плохие погодные условия, - пилот на мгновение остановился, - Не более тридцати процентов.

— Сядут, - уверенно сообщил капитан.

На экранах были видны звёздочки разбегающихся кораблей флота.

Надо уходить от планеты – взрыв сорвёт с Рейна атмосферу и до трети поверхности.

— Связь с кораблём торговцев.

— Соединяй, - Хорн уселся в кресло навигатора.

— Ну, допрыгался, капитан? - во весь экран злорадно улыбался Солд Далзен, - Твоя фотография будет в вечерних новостях, а завтра у судьи на столе. Слушай мои требования…

— Отключи его, - Алан обернулся к энергетику и отдал приказ в менее строгой форме, - Прогревай двигатели, сейчас полетаем.

Капитан взглянул на экраны, последняя капсула ушла в атмосферу. Ситуацию на “Стражниках” восприняли достаточно однозначно:

— Капитан, у нас две цели: дистанция сто семьдесят и быстро сокращается, - пилот испуганно посмотрел на радары.

— Щиты на полную мощность, начинаем противоракетный манёвр. Пальцы капитана застучали по клавишам, рассчитывая новую траекторию.

Глухо взревели двигатели. Свинцовой горой навалились перегрузки. Что-то с булькающим акцентом пытался кричать вновь появившийся на экранах Далзен. Ракеты приближались с несоответствующей их размерам скоростью.

Огромная конструкция звёздного крейсера метнулась в сторону, уходя от прямого попадания. Космос вспыхнул зелёным светом протонного взрыва. Зеркальная поверхность брони запестрела бурыми горелыми пятнами.

— Сбейте же вторую ракету, - Закричал капитан на окаменевшего энергетика.

Когда на экранах погасло облако взрыва второй ракеты, Алан хриплым от перегрузок голосом обратился к пилоту:

— Понял, как надо летать, сынок. Какие повреждения?

— Отражающая броня повреждена на восемнадцать процентов, внешние датчики на девять процентов, кормовые стыковочные модули…полностью уничтожены вместе с пристыковавшимся транспортом. Гиперпередатчик уничтожен. Капитан!?

— И кто из нас допрыгался, торгаш? Теперь нас в новостях точно покажут, - капитан почесал бороду, - Что с остальными кораблями флота?

— Связь нарушена. Постойте. Капитан, к нам ещё две цели, идентифицируемые как протонные ракеты “ПР- 14”.

— Будем надеяться, что хоть кто-нибудь из наших сядет. Корабль долго не протянет: в лучшем случае часа полтора покувыркаемся. Сбивайте ракеты, - приказал Алан, - Никогда не предполагал, что меня уничтожит собственный флот.

Капитана терзала только одна мысль: кому везли гравитационную бомбу?

Впереди расстилалась широкая равнина. Редкие деревья покачивались в такт порывам ветра. День был ясный, и грозу не предвещало ничто.

Поэтому сегодня я был без штормовой брони и рассчитывал спокойно погулять. Но Боги, наверное, не рассчитывали, что я буду на это рассчитывать, и послали грозу. Да. Вообще, грозы у нас – явление чрезвычайно редкое. Последняя гроза была едва ли не двести лет назад. Но судя по тому, что штормовую броню продавали до сих пор, это было нечто опасное.

Судя по тому, что я видел с холма, чрезвычайно опасное.

Равнина, расстилающаяся впереди, медленно съедалась чёрной как сажа стеной дождя. Гроза пока была ещё далеко, но в городе уже не осталось ни одного открытого окна, и все двери были загерметизированы. Те, кто не был готов к грозе, уехали, собрав имущество ещё четыре дня назад. А я остался. У нас дома, на Кристальных Болотах, грозы – обычное явление. Может быть, не такие сильные – у нас не приходится обычно выращивать заново деревья и перекладывать крыши домов, – но не менее красивые. Я стоял и любовался тучами впереди. Молнии сшивали их между собой, словно золотые нити. Мне вспомнились слова одного нашего замечательного поэта: “Бунса кари кирана крунза”. Это на местном означает “Гроза в конце весны очень мне нравится”. О, как я понимаю его. Эта гроза напоминала мне о доме, о любимой, с которой я виделся теперь только три месяца в году, о наших прекрасных местах…

Но я замечтался – гроза приближалась очень быстро. От ударов грома осып?лись листья на деревьях и пачками падали на землю оглушённые мыши. Пора было идти в укрытие.

Я с сожалением бросил последний взгляд на равнину, озаряемую всполохами молний, и побрёл к ближайшему дому.

К счастью, гуляя, я отошёл от города не дальше чем на десять метров, и идти пришлось недолго.

Дойдя до дверей, я постучал. Домик был небольшим, похоже, в нём жили фермеры – стоял он на самой окраине, недалеко от полей. Дверь открыла маленькая девочка с Канзы.

Она стояла и молча смотрела на меня.

— А где твои родители? – мне стало интересно. Похоже, она не успела уехать из города.

— Элли, - она присела в церемониальном поклоне.

— Что “Элли”? – я слегка удивился.

— Ну вот, теперь мы знакомы. Мои родители забыли меня забрать, и они не разрешают мне говорить с незнакомыми, - она казалась обрадованной возможностью поговорить, - Но Вы проходите скорее, нужно заблокировать дверь до грозы!

Она предусмотрительно отошла в сторону, и я протиснулся в дверной проём, одновременно снося дверную коробку.

— Ой! Наверное, мне не стоило заходить, - я посмотрел на неё извиняющимся взглядом.

— Наверное. Ну да ладно, встречусь со Страшилой и Железным Дровосеком, давно не виделась с ними. И заодно Волшебника повидаем, - она пожала плечами, - Не в первый раз.

Похоже, девочка была боевая. Но мне не понравилось, как она сказала “повидаем”.

— Ну, я, пожалуй, пойду, ещё раз извини за двери, - я стал протискиваться обратно.

— СТОЙ! – её окрик напоминал выстрел соник-танка. Я застыл на месте.

— Простите, Вы разве не хотите побывать там вместе со мной? – в её голосе прорезался сплав титана, - А то Лев, получив храбрость, зазнался. Вы могли бы занять его место, - она невинно улыбнулась.

— Элли, извини, я боюсь, что не смогу – дела, знаешь ли, - пора было сматываться.

Девочка хотела сказать что-то ещё, но удар грома заглушил её слова. Стена дождя была уже метрах в ста. За ней я с ужасом различил воронку урагана.

— Счастливо полетать! – я резко рванулся из двери и что было сил побежал к соседнему дому. Благо он был скорее крепостью и принадлежал одному из парламентеров.

Сюда даже не пришлось стучаться – меня заметили и распахнули двери. Заходя внутрь, краем глаза я увидел, как домик Элли взмыл в воздух и закрутился в урагане…

К счастью, в доме в который меня впустили не было ни Элли, ни других знаменитостей. Только мои знакомые из Парламента – видимо, они намеревались провести грозу за преферансом. Меня посадили отдельно, на кухне – за что им и спасибо. Они были в гостиной, и изредка оттуда доносились возмущённые крики вроде “Какие ещё переговоры!” и “Обманут!”.

Весь вечер и остаток дня я усердно совершал Наполнение, меня никто не отвлекал, и только когда из гостиной в один голос донеслось “Вторжение!”, зашёл Афанасий и спросил:

— Да или нет?

— Да, - не мешкая, ответил я, - А в чём дело- то?

— Неважно, ты всё равно бы не разобрался, - он тяжело вздохнул и вышел.

Я не понял, что он имел в виду под этой фразой. Но это, наверное, было не так уж и важно.

Фор Нэд – начальник штаба Службы Спокойствия уже сорок минут мерил шагами свой небольшой кабинет. Он никак не мог понять, что задерживает Далзена, который должен был привезти гравитационную бомбу. Переговоры с Гостями шли полным ходом – как раз самое время нанести неожиданный удар. Самым логичным казалось отправить в Провал мощный гравитационный заряд. По указанию Фора истребители уже несколько раз совершали разведывательные рейды за Дверь. Хорошо хоть, что на развитых планетах контроль за наземными силами осуществляет Спокойствие, а не Войска.

В дверь позвонили. Человек в синей форме - офицер штабной работы - доложил:

— Пришло сообщение по гипер-связи с Сэнда: транспортный корабль, перевозивший бомбу, был задержан Войсками на низкой орбите Рейна.

— Не-ет, - одними губами прошептал Нэд, - проклятый капитан со своими принципами опять встал нам поперек горла. Помните, как в 2102 при конфликте с Ка Ю - 19?

— Я тогда ещё не был в Службе, - ответил офицер. Пребывание в одном кабинете с главой Спокойствия не способствовало успокоению нервной системы.

— Не важно…какие меры предпринимаются?

— Пока никаких, мы ждали ваших указаний. На орбите за последние полчаса зафиксировано три протонные вспышки. Один из крейсеров сбросил спасательные капсулы.

— Пошлите группу захвата в район их приземления. Хотя бы одного возьмите живым, - проблемы возникали из ничего, а решений пока не было.

— Это же десантники! - возмутился офицер, - Нам нужна не одна группа захвата, а целый батальон Хранителей.

— Действуйте по усмотрению, - Фор бросил беглый взгляд на стоящего перед ним человека: правильно сделали, что не взяли его в оперативники – слишком нерешителен, - И ещё, вы нашли сто двадцать третьего?

— Пока нет, но поиски продолжаются.

— Постарайтесь не убивать его, но если окажет сильное сопротивление…

— Вас понял. Можно выполнять?

— Выполняйте, - одобрил Нэд.

Фор занимал свой пост уже более двадцати лет, и за эти годы судьба несколько раз сталкивала его с капитаном звёздных Войск Аланом Хорном. Его крейсера кружили на всех орбитах планеты. Он честно зарабатывал свой хлеб, ловя контрабандистов. А несколько лет назад его силы выполнили свою непосредственную задачу: защиту планеты от чужих, спалив два невесть откуда взявшихся десантных крейсера Икс-Рэев – расы, как считалось, почти полностью уничтоженной в Первом Конфликте. Фор бы многое отдал, чтобы видеть его среди Хранителей. И сейчас этот человек рушил все его планы борьбы со вторжением Гостей.

“Наивный Солд Далзен, он всегда считал, что деньги решают всё, похоже, в этот раз он ошибся”, - Нэд посмотрел в открытое окно, за которым вяло плыли серые облака. С лёгкой грустью он вспомнил главу Лиги, уже догадываясь, что произошло на самом деле. Интуиция редко подводила самого Спокойного человека на Рейне.

Ветер почти прекратился, и только низкие облака в ночном небе, медленно плывущие на запад, напоминали о нём. Провал, слабо потрескивая, переливался радужным светом. Где-то за городом всё ещё была гроза, и молнии били в землю, освещая далёкий горизонт. Тяжёлые раскаты грома проносились над домами.

Лера посмотрела на Илью печальными, почти плачущими глазами:

— Когда ты понял, кто я? – спросила она.

— Когда ты меня поцеловала.

— Да!? И как же это связано.

— Нас, Хранителей, учили понимать фразы людей по интонациям, - Зарин опасливо скосился на стоящие около угла соседнего дома броневики Службы, продолжил, - Ты сказала: “Мне очень жаль, что ты меня нашёл, у нас всё равно ничего не получится”, но твоя фраза прозвучала по-другому: “У Нас всё равно ничего бы не получилось, жаль, что меня нашёл именно ты”.

— Теперь уже ничего не изменить, Дверь открыта. Ваш мир не погибнет, но изменится, став похожим на один из наших.

— Девочка, неужели ты так ничего и не поняла? Вы никогда не сможете сделать Наш мир похожим на Ваш потому, что здесь нечего менять - у нас одинаковые миры, только мы смотрим на них разными глазами, - Илья задрал голову, смотря в тёмное осеннее небо.

Как же проста разгадка вечного вопроса: “Почему Гости так похожи на нас, но в то же время так отличаются?” А ответ в нас самих: потому, что они люди, такие же разные и неповторимые как мы, и они не могут быть похожи на что-то одно.

Двери меняют людей. В Гостях мы не можем быть самими собой, поскольку всегда помним, что это не Дом. Но если придти к тому, чей дом ты можешь назвать и своим, ты останешься самим собой.

— К кому же ты пришла, глупышка? - Хранителю показалось, что перед ним даже не подросток, а маленький ребёнок, настолько Лера изменилась.

— Мы хотим…

— Да мне всё равно чего вы хотите, - Зарина удивляло упорство Гостьи, - Я спрашиваю, почему пошла именно ты?

— Я попала к вам случайно - мне просто не повезло.

— Ты что, не из-за Двери?

Лера отрицательно покачала головой.

— Не совсем, то есть не из этой Двери, - она махнула рукой в сторону Провала.

— А Алекс?

— Откуда и я. Нас много в вашем пространстве.

— Но ведь ты выглядишь, как Гостья, может чуть странная. А Алекса вообще можно в учебные пособия включать – типичный пример, - Илья был потрясён правильностью, но в тоже время ошибочностью своей догадки относительно происхождения Леры.

— Мы приходим издалека и не захватываем или уничтожаем миры, как это делаете вы и ваши задверные соседи, мы их меняем. А что касается твоего предположения о том, что все Гости – люди, оно просто потрясающее. Меня всегда поражало наше сходство.

— Кто вы? – Илье хотелось сесть и заплакать. Он всю жизнь боролся с людьми, которых кто-то однажды назвал Гостями. У него даже возникло предположение, кто дал им их нынешнее название, но он не стал ставить Леру в неудобное положение, произнося его вслух.

— Нас называют по-разному: Уходящие, Приходящие, Гости, демоны, маги. Названий много, - Лера чувствовала, что сильно изменилась в глазах Хранителя, но останавливаться было уже поздно. Кроме этого, ей казалось, что человек, настолько понимающий Гостей, не сможет причинить ей зла.

— А как вас называют на Родине? - заинтересовался Илья.

Девушка понимала, что в Службу не брали глупых людей – за каждым словом мог стоять каверзный подвох.

— Какая разница? - она постаралась уйти от ответа, - Неуверенна, что в вашем языке есть аналог.

— Мне кажется, есть, - Зарин не казался более растерянным: все факты встали на свои места в книжном шкафу жизни, - Служба Спокойствия.

Лера закусила нижнюю губу, глядя на Хранителя исподлобья. Илья Зарин слегка улыбался, вот оно – его задание. Он “расколол” агента “вражеских” спецслужб, и не пытками и шантажом, а просто пробыв с ним рядом, просто поняв, что здесь Лера не Дома. Дом, без которого не мыслит себя ни один Хранитель, был далеко от неё. Дом, ради которого бросают в огонь целые миры, и ради которого жертвуют жизнью.

Девушка не пыталась перечить или отговариваться: Хранитель был прав во всём.

— Это всё? – спросила она ледяным тоном, понимая, что может согласиться на любую авантюру, которую может предложить Зарин.

— Нет, - радостно возразил Илья, - Как смотришь на то, чтобы помочь мне пред уходом решить проблему вторжения Гостей в наш мир, а то ведь вам нечего будет менять? Алекс не врал, когда говорил, что вы не хотите войны, но вот сказать то же о наших соседях я не могу.

Лера посмотрела куда-то через плечо Зарина в сторону Провала. Повинуясь её пристальному взгляду, Илья обернулся.

— Падающие звёзды! - весело воскликнула девушка, - Это - к удаче!

— Не знаю, откуда ты пришла, - задумчиво сказал Хранитель, - Но у нас падающие звёзды удачу не приносят.

— Со своим уставом в чужой монастырь не ходят! – я медленно закипала.

Как же они не понимают, что мы не должны принуждать их к чему-либо! Уже третий час мы сидели в этой до отвращения чистой гостиной, и уже третий час я пыталась заставить их поменять своё мнение.

— Люди сами должны учиться! То, что вы собираетесь сделать – это научить дикаря нажимать на кнопки, не объясняя, зачем их надо нажимать.

— А знаешь ли ты, сколько людей гибнет сейчас у них за день? Не за год, не в месяц, но лишь за день? Пятьдесят тысяч. Слышишь, тысяч! И что, позволить им убивать друг друга дальше?

— Если они убивают друг друга, значит, они недостойны счастья!

— Но умирают ведь достойные. А убийцы остаются жить. Какой-нибудь фанатик способен принести в мифическую жертву даже жизнь ребёнка, а ведь дети ни в чём не виноваты! Мы же просто хотим им добра, принесём им мир, не будет больше убийц и жертв…

— А будет только стадо радостных баранов! Жертвы, даже среди невинных, - это нормально, как бы ужасно это ни звучало. Они были всегда и всегда будут. А вот страдания, через которые люди проходят, – это изменяет их, коренным образом меняет всю жизнь. Ведь важно не событие – ударил - не ударил, украл - не украл – важно то, что остаётся после в душе. Совершив десяток ошибок самостоятельно, человек многое поймёт и сильно изменится. Возможно, он научится понимать других людей. А если какому-нибудь эгоисту не давать возможности поступать эгоистично, то он эгоистом и останется, ничего в нём не поменяется. Может быть, обидев несколько раз дорогих ему людей, он бы понял, что поступает неправильно.

— Может быть. А может быть, это ничего бы ему не дало, и он остался бы таким же, каким и был, только не боялся бы уже обижать родных и близких. В этом мире слишком много зла, он уже не поменяется сам. Именно поэтому мы хотим ему помочь, пойми…

…Золотые лучи солнца плавно перетекали в серебро, переплавлялись в свинец, и наконец исчезали за далёкой линией горизонта. День умирал. Его ещё добивали стервятники облаков, когда ночь неторопливо укутала землю чёрным траурным покровом. Мир уходил в царство сновидений.

Капсула шла ровно. Управлять ею было куда тяжелее, чем крейсером, на котором Андрей Волкин был вторым пилотом в течение пяти лет. Город он увидел сразу, как вынырнул из облаков, а ещё он увидел два истребителя, летящие ему наперехват.

— Всё как говорил капитан, – пронеслось в голове, - Корабль погиб, значит, погибла и его команда. Но кто же за этим стоит?

От одного из самолётов отделилась светящаяся звёздочка ракеты, быстро набирая скорость, она понеслась к спасательной капсуле.

Вакуумные щиты космических кораблей в пределах атмосферы можно было включать только в экстренных случаях. Андрей посчитал, что сейчас именно такой случай. На капсулах не устанавливали оружие, но, полагаясь на одну из “заповедей” капитана Хорна “На войне все средства хороши”, Волкин решился на опасный шаг. Палец лёг на зелёную кнопку активации защиты, а затем с лёгким щелчком нажал её.

Воздух с громким хлопком отпрянул в стороны, отталкиваемый защитой корабля. За экранами всколыхнулся пузырь силового поля. Воздушная волна гигантской сферой накрыла приближающиеся истребители, разламывая хрупкие конструкции. Андрей увидел серые купола парашютов, распустившиеся над катапультировавшимися пилотами.

Запрашивать разрешение на посадку было бессмысленно, он уже видел, что его здесь не ждут. Волкин начал сажать машину на окраине города, где не было высоких домов, за которые можно зацепиться. Пилот удивлённо увидел слева от себя огромное плоское силовое поле, очень похожее на…Провал.

“Почему Войска не предупредили!?”, - пронеслось в голове.

Он увидел несколько домов этажей в десять, маленькие силуэты людей, освещаемые голубыми отсветами плазменных двигателей садящейся капсулы, броневики Службы Спокойствия.

Конструкция корабля в клубах сизого дыма коснулась земли. Андрей оглядел кабину – ничего не забыл? В шлюзовом отсеке он, по совету капитана, надел тяжёлую броню и захватил бластер. Двери лифта распахнулись, приглашая его войти. Через несколько секунд они открылись около выхода из внешнего шлюза. За ним открывался мир, который он охранял, мир, в который теперь он боялся выйти.

Осторожно он подошёл к дверям и повернул длинный жёлтый рычаг. С лёгким скрипом толстые металлические плиты въехали в стены. Чёрные глаза ночи заглянули в корабль.

Андрей, не имея транспортных средств, пошёл пешком. Обернувшись, он взглянул на двадцатиметровый конус корабля, казавшийся чем-то фантастическим на радужном фоне Провала.

Пилот зашагал в направлении ближайшего дома. Волкин понимал, что его наверняка встречают Хранители. Но у человека в тяжёлой броне есть потрясающее свойство убеждать других в своей правоте, и ему казалось, что он сможет найти с ними общий язык.

Глава IV

Ветер усилился, как будто желая сдуть приближающийся рассвет. На Рейне короткие сутки, и жёлтое солнце каждые восемнадцать часов ныряет за пологий горизонт. Рассвет был уже где-то близко, серая пелена туч подёрнулась лёгким отблеском его приближения. Холодным светом горели окна жилых домов на окраине города. Города, который холодным бетонным пятном растянулся на Северной Равнине дождливой планеты. Облака, из которых вывалился десяток маленьких звёздочек, невозмутимо неслись на запад, задевая косматыми краями верхние этажи зданий.

Илья почти сразу понял, что красивые звёздочки на светлеющем небе – садящиеся космические корабли. В огненном вихре тормозных двигателей спасательная капсула (Илья смог её идентифицировать), включив зачем-то щиты, зашла на посадку у самой Двери. В тёмной конструкции из металла вдруг распахнулся светлый прямоугольник двери. Силуэт, стоящий на пороге, отошёл от корабля и направился в их сторону. Это могло сулить что угодно, но только не удачу, как утверждала Лера.

— Думаешь, это удача? – осторожно спросил Зарин, глядя на девушку.

— Пойдём отсюда, - предложила Лера, - Нас, наверное, увидели Хранители и готовятся брать.

— Не уверен, - Илья не казался сильно испуганным, - Войска никогда не были в дружбе со Спокойствием. Вдруг десантник нам поможет?

Он остановился метрах в пяти от них. На зеркальной броне плясали огоньки мигалок броневиков Службы.

— Где ближайший гиперпередатчик? – спросил Андрей. Подходить ближе он не стал: парень с девушкой, стоящие перед ним, могли быть кем угодно, но не влюблённой парой.

Илья не сразу решил, что отвечать, но в конце концов он подумал, что правда лучше лжи – в ней нельзя обвинять.

— В центре города в Агентстве Связи. Наверное, ещё есть в отделениях Спокойствия и Лиги.

— Как туда попасть? – казалось, странная парочка не несла в себе опасности.

— На метро, моноре или на автомобиле – как обычно, - Илья вспомнил, что большую часть жизни пилоты проводят в космосе, и только когда покидают Войска, начинают нормальную жизнь. Наверное, этот редко бывал на планетах.

Пока пилот обдумывал свои действия, один из броневиков вдруг сорвался с места и, включив фары, рванулся в сторону посадки капсулы. Метрах в десяти он остановился, башня повернулась, фиксируя три неподвижные цели. Илья не паниковал, а просто наблюдал за происходящим. Лера опасливо жалась к нему. Пилот с равнодушным видом стоял в стороне.

Из машины вывалилась группа захвата. “Шесть человек, плюс десять остались в стороне”, - отметил про себя Зарин. Пять лазерных прицелов уткнулись в Андрея, и только один боец контролировал Илью с Лерой. Пилот, не обращая внимания на десантников, поднял руку и переключил что-то на кисти брони – вокруг него вздулись щиты.

— Мне надо попасть к гиперпередатчику, - голос искажался, проходя через силовое поле становясь похожим на вой животного, - Не могли бы вы меня подвезти.

— Вы арестованы и последуете за нами, - голос бойца немного дрогнул. Группа не была уверенна в успехе своей акции.

Пилот поднял бластер.

— Я не хочу применять силу…

В ответ в него врезалась короткая очередь реактивных пуль. Бластер протяжно ухнул, прожигая в кузове стоящего рядом броневика аккуратную дыру полуметрового диаметра.

Тихо хрустел остывающий металл. Боевики группы захвата молча ожидали своей участи – бороться с десантником в тяжёлой броне было невозможно.

— Повторять я не собираюсь. Либо вы меня везёте, либо… остаётесь здесь, а я еду сам. Водить я умею, - он усмехнулся.

Андрей понимал, что дальнейшее промедление может стоить капитану Хорну жизни, если конечно он ещё жив. Оставив Хранителей стоять в нерешительности, он прошёл к двери и сел в автомобиль. Бегло пробежавшись глазами по панели управления, Волкин нажал пару кнопок, и машина с лёгким гудением сдвинулась с места, на ходу закрывая дверь.

— Ушёл? – сочувственно спросил Зарин у спецгруппы.

— Ничуть, - командир покачал головой.

Броневик подъехал к улице и нырнул в неё. Ему вслед ударили два красных луча, превращая машину в груду металлолома. Она проехала ещё метров двадцать пока не врезалась в угол дома. Водитель вышел из неё, и, пошатываясь, побрёл вперёд, затем упал и уткнулся лицом в асфальт.

Командир повернулся к Илье.

— Ты проиграл, парень, мы тебя взяли. Никто тебе не поможет.

— Звучит наивно, правда? – Хранитель взглянул на Леру, - Пошли.

— Стоять, - коротко приказал боец.

Зарин обернулся и сунул значок Спокойствия ему в лицо.

— Я - сто двадцать третий Хранитель. Никто пока меня не разжаловал.

— Уже разжаловали, - Лера положила руку Зарину на плечо, - Прости, пожалуйста.

Она заглянула ему в глаза, печально улыбнулась, затем подошла к командиру группы захвата и доложила.

— Захват сто двадцать третьего хранителя выполнен по плану альфа. Доложите в центр об окончании операции.

— Вас понял, агент - командир немного нервничал, - Илья Зарин, следуйте за нами.

Илья не двинулся с места, он пустыми глазами смотрел на Леру - агента, выполнившего свою миссию. Везде был обман - огромный, великолепно спланированный обман. Ну не мог Зарин заподозрить в чём-то ребёнка… Хранитель понял, что это конец. Самое удивительное, что Илья только сейчас узнал, что в Службу берут людей младше шестнадцати лет.

Он был настолько ошеломлён, что не заметил приближающийся к голове пластиковый приклад реактивного автомата. Мир перевернулся, улетая куда-то наверх. Перед глазами осталось только бездонное, серое небо, с плывущими в нём облаками. “Скоро рассвет” - пронеслось в затухающем сознании Зарина.

Рассвет начался резко. Жёлтое солнце горячим диском высунулось из-за края планеты, расчёркивая чёрное небо длинными светящимися полосами. Звёзды начали неохотно гаснуть, уступая место дневному светилу. Две луны Рейна на экранах озарились призрачным жёлтым светом.

Среди оставшихся на небосклоне звёзд только две привлекали внимание капитана. Восьмая пара ракет неслась к умирающему кораблю, обещая быструю развязку затянувшегося космического приключения. Некогда зеркальная, а теперь чёрно-бурая броня в нескольких местах зияла огромными, выжженными дырами.

— Капитан, - голос пилота уже не дрожал, в нём осталась только холодная обречённость, - Две ракеты, курс: одиннадцать- тридцать два.

— Постарайтесь сбить, - Алан Хорн уже не требовал от энергетика стопроцентной вероятности попадания. Крейсер был настолько повреждён, что сбить даже одну ракету было почти невозможно, - Пилот, корабль не выдержит следующего залпа, направляйте его на “Стражники”…

В воздухе повисла тревожная тишина.

— Вы хотите их таранить!? При всех наших повреждениях щиты всё ещё функционируют: с вероятностью пятнадцать процентов крейсер выдержит таран. У ракетоносцев шансов вообще нет. Но, капитан, можем ли мы жертвовать их экипажами?

— А как вы считаете? – Хорн общался только с пилотом, не отвлекая энергетика от работы.

Крейсер вдруг задрожал. В пространство понеслись прерывистые нити светящихся плазменных зарядов.

— Сбил! – воскликнул энергетик, оборачиваясь с радостным лицом к капитану, - Обе сбил!

— Если мы выживем, то вас обоих представят к наградам.

Капитан был готов лететь с этими людьми куда угодно. Они были не просто душой этого корабля, они сами были этим кораблём.

— Капитан, - продолжил энергетик, - При всём уважении к вам, я не считаю необходимым идти на таран со “Стражниками”. Уж проще не сбивать следующую пару ракет, по крайней мере, кроме нас никто не пострадает.

Алан усмехнулся.

— А мы и не будем их таранить. Мы к ним пристыкуемся.

На лицах экипажа читался немой вопрос: “Как!?”

— Начинаем торможение, - приказал капитан, - Щиты не выключаем.

— Это коллективное самоубийство, но если вы так считаете…

— Я рад, что вы со мной согласны, - Алан Хорн улыбнулся, - Начинайте манёвр. Мне очень хочется, чтобы вы ошиблись на счёт самоубийства. Хотя если вы будете правы, мы этого не узнаем.

— Мы остались по своей воле, капитан, - вступил в разговор энергетик, - И будем выполнять все ваши приказы. Но как мы пристыкуемся, у них же щиты?

— Мы уже в течение полутора часов проверяем подготовку экипажа флагманского крейсера – я ею очень доволен. Теперь проверим подготовку других сил флота. Когда начнём стыковку, на “Стражнике” щитов быть не должно, - капитан подмигнул энергетику, - Главные лазеры не повреждёны?

Энергетик отрицательно покачал головой.

— Из четырнадцати в рабочем состоянии находятся одиннадцать. Рассчитывать прицел? – он начал понимать отчаянный замысел капитана.

— Ага, - Алан кивнул, глядя на сетки прицелов, - Сразу после стыковки переходим в шлюзовой отсек и покидаем корабль. Если, конечно, пристыкуемся, - подумав, добавил капитан.

Помещение было небольшое. Огромные панели приборов не прибавляли уюта, а сумрачное освещение оставляло след загадочности на всём, куда проникал его тусклый синеватый свет. Звёзды смотрели с экранов холодными яркими точками. Одна из них, очень яркая, двигалась не совсем характерно для звезды, неумолимо приближаясь к “Стражнику”.

Капитан корабля ещё раз взглянул на приборы. Всё верно – крейсер идёт на таран. Но зачем? Хорн сам отдал приказ: “Действовать по обстоятельствам…” Вот они – обстоятельства несутся на него со скоростью двадцать километров в секунду.

— Командир, давать залп?

Капитан задумался. Неужели террористы всё-таки сумели захватить флагманский крейсер, или у Алана очередной сумасшедший план. “Как двадцать лет назад на Центавре” - вспомнил капитан.

Палец пилота лёг на клавишу запуска ракет. Капитан почему-то медлил.

— Нет, - вдруг резко произнёс капитан, ему показалось, что он понимает замысел Хорна, - Не стрелять. Снимайте щиты.

— Но капитан, без щитов корабль будет уничтожен первым же залпом крейсера.

— Если мы их уберём, то залпа и не будет.

Войска тем и отличались от других организаций, что подчинённые могли сомневаться в правильности указаний начальства и могли доказывать свою точку зрения. Пока пилот пытался объяснить капитану ракетоносца свою позицию, где-то далеко за сотни километров оживали боевые системы огромного космического крейсера. Медленно разворачивались цилиндрические платформы лазерных установок, в поисках цели пространство прощупывали радары.

— Ну, ребята, давайте! – Хорн прищурил глаза, - Если план провалится, то придумать второй времени уже не хватит…

Капитан что-то почувствовал, как будто кто- то посмотрел на него из космоса сквозь толстую броню корабля. Затем всё перевернулось вверх дном. Корабль задрожал, голубые столбы света полосовали пространство вокруг, щиты не могли выдержать колоссально возросшую нагрузку. Генераторы силовых полей перегружено выли в глубине “Стражника”.

— Придётся отключить щиты, или “посадим” реактор, - голос пилота прорвался сквозь оглушающий рёв.

Еле различимо щёлкнула кнопка на пульте. Всё разом стихло. Экипаж притихши сидел в своих креслах.

— Надо было сразу отключать, - капитан напомнил, что его решения обычно являются единственно верными, и оспариванию в боевой ситуации не подлежат.

— Крейсер начинает торможение, на связь не выходит, - один из навигаторов вопросительно взглянул на капитана, - Может сбить, пока не поздно?

— Уже поздно, - капитан пристально вглядывался в приближающийся корабль, - С такого расстояния протонный взрыв нанесёт нам больше повреждений.

Конструкция крейсера росла на экранах. Носовой отсек приближающегося корабля несколько раз озарился выхлопами тормозных двигателей. “Может перехватчики вызвать?” - запоздало пришла мысль. За бортами поплыла бронированная поверхность флагмана.

— Крейсер выдвигает стыковочный носовой шлюз… - начал было пилот.

— В каком состоянии его кормовые шлюзы? – быстро перебил капитан.

— Отсутствуют, - осторожно произнёс пилот, - На них видны обломки транспортного корабля, пристыковавшегося к крейсеру. Судя по всему, транспорт был уничтожен близким протонным взрывом.

— Стыкуемся, - твёрдо решил капитан. Помолчав немного, он обратился к пилоту - Знаете, что самое сложное на войне?

Тот в ответ неопределённо пожал плечами. На что капитан, пристально вглядываясь в экраны, тихо заявил:

— Самое сложное - не ошибиться, когда решаешь, кто враг.

Серый, причудливой структуры камень был везде, куда хватало глаз. От него шёл холод, и неприятно пахло резиной. Сверху лился призрачный синий свет, вырывая из лап темноты маленькие солнечные полянки. Справа хрустел огонь, мерно поедая пластиковые конструкции. Андрей лежал на животе, броня давила на тело. Он попытался подняться, что-то хрустнуло в левой ноге, и она заклинила с лёгким скрипом. Он огляделся, Хранителей нигде видно не было.

Волкин с трудом удержал равновесие, покосился на искорёженный броневик: машина уже не поедет. Андрей не знал, сколько пробыл без сознания: может, минуту, может, несколько часов. Ему не нравился тот факт, что его не добили и даже не забрали с собой, а просто бросили. Как-то это не вписывалось в нормы поведения Спокойствия.

Торопиться было уже бесполезно. Зелёные вспышки за облаками прекратились, то ли кто-то из их команды успел добраться до гиперпередатчика, то ли… В любом случае, об этом Волкин предпочитал не думать. Так и не снимая брони, второй пилот флагманского крейсера побрёл по дороге к центру города.

Он не успел пройти и сотни метров, как из- за угла выехал автомобиль. Поскольку Андрей шёл прямо по проезжей части, машина поневоле остановилась, чтобы не сбить незадачливого пешехода. Дверца машины вдруг открылась, в ней сидел человек в чёрном плаще со значком Службы Спокойствия, он поманил Андрея пальцем.

Волкин вдруг понял, что смутило его в группе захвата, с которой он недавно столкнулся. Пилот не слишком часто бывал на планетах, но телепередачи принимались и в космосе прекрасно. О Спокойствии шло немало фильмов – Хранители всегда носили чёрные плащи… Андрей, не задумываясь, прыгнул в автомобиль. Ему казалось, что этот Хранитель сможет помочь даже в его ситуации.

— Кто они были? – уверенно спросил Хранитель, когда машина поехала.

— Я думал, это ваша работа – узнавать, кто есть кто, - Андрей всем видом старался показать, что агент Службы его не пугает. Хотя где-то глубоко в душе собрался маленький комочек страха.

Настоящий Хранитель всегда оказывает подобное влияние на простых людей. Наверное, сказывается долгое общение с Гостями: человек перестаёт быть самим собой - он становится Хранителем.

— Мы не знаем. Кто-то пытается прекратить работу нашего сто двадцать третьего Хранителя.

Откровенность, на которую пошёл агент Службы, не сулила ничего хорошего.

— Я видел кого-то в районе приземления. Тёмные волосы, моего роста…

Хранитель недоверчиво посмотрел на закованного в тяжёлую броню пилота.

— Два с половиной метра?

— Без скафандра, разумеется, - объяснил Андрей, - Он стоял с какой-то девушкой лет пятнадцати. Потом, я попытался уехать…

— Это были не люди спокойствия, - заключил Хранитель.

— Но броневик Службы…

— Это было не Спокойствие.

Фор Нэд достаточно проработал шефом Службы, чтобы чётко охарактеризовать её концепцию – неизвестность. Это был почерк не его людей. Кто мог это сделать? И как могли исчезнуть два десятка человек в городе, полном Хранителей? Нехорошее предчувствие начало вползать в сознание. Зачем Гости раскрыли Дверь прямо перед Шато на виду у Спокойствия? Им как будто нечего прятать – ходите, смотрите. А мы заглянем к вам.

Фор наклонился к пульту видеофона, набирая номер штаба.

— Все дела и рабочие проекты Ильи Зарина за последние полгода, - Нэд поморщился: называть Хранителей по имени было не принято.

— Ваш номер? – поинтересовался диспетчер, - У вас есть доступ к служебным архивам?

— Номер четырнадцать. Код: альфа двадцать семь ноль пять.

— Данные пересылаются, - сообщил диспетчер и отключил связь,

По ожившему экрану компьютера автомобиля побежали строчки, несущие в себе жизнь сто двадцать третьего за последние полгода. Продвижение необходимого Спокойствию кандидата в парламент… Мелкое разбирательство с Лигой… Операция по захвату прорвавшегося Гостя… Шпионаж в Войсках… И не одного провала. Во всех заданиях безукоризненная точность профессионала. Кому он помешал? Даже нет, кто о нём знал?

— Куда мы едем? – голос Андрея вывел Хранителя из задумчивости.

— В штаб.

— Я хотел бы связаться с орбитальной группировкой, - не то попросил, не то заявил пилот, - Мне нужна гиперсвязь с кораблями флота.

— О Хорне волнуешься? – Андрей удивлённо отметил про себя потрясающую осведомлённость Хранителя, - Наверное, новостей не видел.

Фор Нэд включил телевизор. Диктор на экране рассказывал новости: ”… космические учения на орбите. Все цели поражены в соответствии с планом. Претензий по поводу задержки некоторых транспортных судов со стороны Торговой Лиги нет. Сейчас перед вами выступит и расскажет о ходе учений командор Рейнской звёздной группировки Алан Хорн…”

Когда на экране появилось довольное лицо Хорна, Хранитель обратился к пилоту.

— Доволен?

— Нет, - Андрей, поскрипывая бронёй, поудобнее уселся на сидении, - У меня инструкция: доложить на “Стражники”, что капитан отменяет приказ.

— На, звони, - Фор протянул пилоту коробку видеофона.

— Прямо с видеофона!?

— Нет. Что ты! – Хранитель выругался про себя: пилот не привык к планетарным коммуникациям, - Выйди на Агентство Связи и дай запрос о передаче на орбиту.

Пока Андрей возился с видеофоном, пытаясь не снимая брони нажимать кнопки, Фор вернулся к новостям: “…обстоятельствах глава Торговой Лиги – Солд Далзен. Рейн сожалеет о смерти выдающегося деятеля, который столько…” - Хранитель выключил телевизор. Наверное, Хорн погорячился, неужели не было иного выхода, а может Далзен ляпнул лишнего, не оставив капитану выбора. Ладно, найдём другого человека…Нэд не любил терять своих людей, а тем более высокопоставленных. Гибель двадцатого - тяжёлая потеря для Спокойствия, но незаменимых людей нет.

Андрей наконец-то сумел дозвониться до Агентства Связи, и, закончив набирать текст послания, нажал “ввод”. Пакет зашифрованной информации унёсся в пространство. Волкин повернулся к Хранителю, возвращая видеофон.

— Спасибо. А как вы объясните атаку со стороны ваших истребителей? – инцидент, случившийся при посадке, не мог выйти у пилота из головы.

— Я не обязан ничего объяснять, - Нэд понимал, что в его работе присутствует определённый элемент риска. И этот риск был сейчас достаточно близко - человек в тяжёлой броне мог убить одним ударом. Но главное не показывать страх.

— Сколько наших сбили? - пилот, казалось не слишком нервничал.

— Двух, - не колебаясь ответил Хранитель: правда - лучшее оружие.

— Сколько капсул прошло в нижние слои атмосферы?

— Семь.

Разговор напоминал зачёт по навигации в Войсковой академии.

— Сбитые пилоты?

— Оба в штабе…мёртвые.

Фор осёкся: правда хороша, если ей не злоупотреблять. Он сказал слишком много. Теперь либо пилот убьёт его, либо ему придётся убить пилота.

— Я выйду, - вдруг сказал Андрей. Он понял, что он уже стал тем, кого ищут на ночных вокзалах, и чьи фотографии с надписью “Разыскивается” отрывает от стен осенний ветер.

Автомобиль, ведомый автопилотом, нёсся по просыпающемуся городу со скоростью двухсот километров в час. При взгляде на пилота Хранителю показалось, что тяжёлая десантная броня выдержит и удар асфальта. Для верности стоило бы выстрелить из бластера, но доставать его в присутствии Андрея Фор не решился.

— Притормози, - попросил Волкин, с тоской глядя на проносящиеся за окном стены зданий. Машина въезжала в центр Шато.

— Мы же тебя всё равно найдём, - Нэд перешёл на ручное управление, автомобиль начал плавно останавливаться.

— Я знаю, - Андрей закусил нижнюю губу, - Красивое получилось приключение.

Хранитель остановил машину у обочины, заглушил мотор и взглянул на пилота. Какие-то странные отношение установились у него с этим представителем Войск.

— Выходи, - сказал Фор задумчиво, - Приехали.

— Пока, - произнёс Андрей. Бронированный щиток шлема пополз вниз, закрывая лицо.

Ещё была возможность всадить в спину уходящему пилоту заряд плазмы, но что-то в глубине сознания говорило Нэду о неправильности этого решения. Он долго наблюдал в окно, как высокий силуэт, похожий на Раффа, покачиваясь, уходит прочь. Когда он растворился среди бесконечных бетонных строений, Фор, не переходя на автопилот, завёл мотор.

Дорожные системы безопасности уже давно высушили мокрый от дождя асфальт, по которому быстро ехал автомобиль, унося человека, всегда полагающегося на интуицию.

За маленьким окном быстро неслись рваные сизые облака. Стекла на окне не было, и холодный осенний ветер то и дело врывался в комнату, принося идущий снаружи дождь. На сером пластике стен оседали маленькие водяные капельки. Помещение было маленьким: пять шагов на три, и за последние полчаса Илья успел проверить это не раз.

Организовывал захват кто угодно, но только не Спокойствие – это Зарин понял сразу, как пришёл в себя. Во-первых: Служба действовала более скрытно, во-вторых: Служба не захватывала провалившихся агентов…

Прерывая размышления Хранителя, дверь в помещение (которой оказалась одна из стен) открылась и в комнату вошли два создания. Назвать их людьми даже у Зарина язык не повернулся. Одно из существ прошло в комнату и уселось на странный предмет в углу, должно быть, местный стул. Илья с надеждой посмотрел в окошко: “Ведь это же Рейн”.

— Ты - опасный человек, - вдруг сказало создание, стоящее у двери.

Для Зарина это новостью не являлось, и он лишь склонил голову в знак согласия.

— Ты не можешь больше продолжать жить, - заключил сидящий в углу Гость.

Илья вспомнил, что говорил “Гость – Алекс”: внешний вид – это отражение чувств. Должно быть, эти двое просто потонули в собственных амбициях и неуверенности. Гостям бы в суде работать.

— Много хочешь, - ответил Зарин, - Не тебе решать, кто будет жить в этом мире.

— Ты забываешь, с кем имеешь дело, - Гость, как и его голос, еле заметно изменился. Второе существо отделилось от двери и двинулось внутрь помещения.

Это –Рейн: Гости меняются, но они всего на всего люди. Люди, которые не понимают самого главного: перед ними не человек – перед ними Хранитель.

— Стоять, - резко крикнул Илья. Гости как будто сжались от окрика, - Это мой мир, а вы – гости, и должны вести себя соответствующе.

Хранитель сам поразился своей неожиданной уверенности. Но Гости уже поняли, что дело приняло непредусмотренный оборот. Один из них коснулся прибора на правом запястье.

— Группу захвата в пятнадцатый сектор, заключённый… - его голос сорвался на хрип: Зарин умел обращаться с Гостями.

Илья обернулся ко второму.

— Говори!

— Что говорить? – испуганно зажимаясь в угол, пролепетал Гость.

— Где мы? На кого ты работаешь?

— А ты как думаешь? – кто-то вошедший в комнату окликнул Хранителя. Илья обернулся, голос был поразительно знакомый. На пороге стояла Лера, бронекостюм странно смотрелся на её хрупком теле. Стационарно закреплённый на правой руке бластер смотрел на Зарина.

— Не делай резких движений, Илья, - красная точка прицела легла Хранителю на грудь.

— Лера, - Илья не казался сильно напуганным, - Ты знаешь, что обманывать старших нехорошо? – он постарался вложить в эти слова как можно больше взрослой наивности.

— Трог, обходи его вдоль стены. Он у меня на прицеле, - девушка обратилась к оставшемуся Гостю. Затем с лёгким упрёком сказала Илье, - Ты слишком агрессивен. А мы то надеялись, что, наконец-то, сможем найти с вами общий язык.

— Я не собираюсь находить с ними общий язык, - Зарин покосился на продвигающегося вдоль стены Гостя. – И мне плевать, в какие игры твоё командование играет с задверными жителями.

— Во-первых: твоя позиция примитивна, а во- вторых: задверными жителями называют нас…

Илья стремительно прыгнул в сторону - подготовка Хранителей всегда была на высоте. Бластер на руке Леры с присвистом выплюнул светящийся комок. Плазма пронеслась по комнате, оставляя в воздухе свежий запах озона, и скрылась в маленьком окошке на противоположной стене. Лера передвинула руку, но Хранитель оказался быстрее. В его сознании мелькнула мысль о том, что бить женщин нехорошо, но он оставил совести самой обсуждать правильность своего поступка.

Удар получился простой, но точный и сильный. Зарин высоко оценивал защитные возможности брони. Голова девушки резко дёрнулась, и Лера плавно осела на пол. Илья, потирая отбитый кулак, обернулся к Гостю.

— Не убивайте меня, - взмолилось жалкое существо. Сейчас в Госте остался только страх, целиком заполнивший его.

Хранитель обернулся к лежащей на полу девушке. Как всё это знакомо, и группа захвата скоро будет здесь. Зарин нагнулся и стал снимать с Леры броню. Доспехи, разумеется, были малы Илье, но бластер стоило прихватить. Повозившись, он, наконец, снял правый локтевой сегмент со встроенным оружием и вынул из него бластер. Схватив его, Зарин выглянул в коридор – пусто.

— На каком мы этаже? - он обратился к Гостю.

Но если тот и был человеком, то сейчас окончательно утратил с ним сходство, и добиться от него чего-либо не представлялось возможным. Он, забившись в угол, тихо хныкал. Зрелище было жалкое, и Илья отвернулся.

Хотелось взять Леру с собой, как представителя этой странной организации, ведущей дела с Гостями. Но, с другой стороны, лишний груз мог сильно замедлить передвижение. В конце концов, Зарин решил попытаться – терять было не так уж и много.

Группа захвата так и не появилась. Возможно, Гость так и не успел её вызвать, а может, пятнадцатый сектор был настолько огромным, что быстро его было не прочесать. Держа в левой руке хрупкое тело девушки, а правой сжимая бластер, Илья пошёл по коридору. Белые лампы под низким потолком прекрасно освещали помещение.

Хранитель прошёл ещё немного и свернул за угол, предварительно проверив, пуст ли коридор. То ли по удачному стечению обстоятельств, то ли по другим причинам новый коридор также был пуст. Илья прошёл его до конца и вышел в небольшую комнату с белыми пластиковыми стенами. Справа располагались двери лифта, над ними была большая красная надпись “ПЯТНАДЦАТЫЙ СЕКТОР”. Зарин удивлённо обернулся, вспоминая, не было ли каких-то боковых ответвлений. Насколько он помнил – нет. И в чём трудность – проверить пару коротких коридоров? Мысль осталась без ответа. Возможно, засада где-нибудь в другом месте?

Стены немного качнулись, снаружи донёсся лёгкий гул. Или это только показалось?..

Грохот наполнил комнату, стены затряслись, на потолке захрустела пластмасса, что-то прошуршало за закрытыми дверьми лифта. Снаружи случилось что-то страшное. Может экологическая катастрофа, может война. Но тюрьма выдержала её первый удар.

Лера тихо застонала на руках у Ильи: девушка должна скоро прийти в сознание. Он провел рукой по её лбу, стирая маленькие капельки пота. Как она могла так его обмануть? Кто стоит за этой огромной ложью? Это не мог быть один человек или даже группа лиц. Это была организация, огромная организация, чьи аналитики месяцами корректировали план захвата Хранителя. Но что-то не сложилось, да, что-то у них не сложилось.

Хранитель поискал глазами кнопку вызова лифта или сканер личности для открытия дверей. Вместо этого он увидел замок, открываемый магнитной картой. Илья взглянул на девушку: нет ли у неё ключа? Карманов на сером лётном костюме не было, значит, карта осталась в камере. Он решил, что тащить Леру хоть и тяжелее, но выгоднее – заложник никогда не помешает.

Знакомым путём он вернулся в маленькую комнату. Гость всё также сидел в углу. Когда Хранитель вошёл, он испуганно повернул голову в его сторону.

— Где ключ? – просто спросил Зарин.

Гость на удивление легко понял, чего от него хотят. Достал из кармана магнитку и протянул её Илье.

— На, забирай, - голос был ровный и твёрдый, и никак не сочетался с недавним состоянием существа, - Ты изначально не прав. Мы хотим добра, а ты нам мешаешь, - он замолчал.

Что-то убедительное было в голосе Гостя, и Илья пообещал себе в будущем пересмотреть архивы Второго Конфликта. Он шёл по коридору и никак не мог выкинуть из головы последние слова странного создания. Впереди показалась знакомая переходная комната. Хранитель подошёл к лифту и осторожно провёл ключом по магнитному замку.

Надо было выбираться отсюда. Если Лера не та, за кого он её принимал, то когда она очнётся, можно будет ожидать чего угодно. Двери на удивление не заклинило, даже наоборот – они легко ушли в стены. Вот только кабины лифта в шахте не оказалось. Сверху донёсся нарастающий свист. Илья высунулся в шахту и тут же убрал голову обратно – лифт со скрежетом пролетел вниз и скрылся в темноте. Вскоре донёсся далёкий лязгающий звук. Моргнув, вырубилось освещение, аварийное почему-то не включалось. Зарин остался стоять в темноте, чувствуя дыхание ветра в открытой лифтовой шахте.

Тьма была непроглядной, но Илье показалось, что кто-то неразличимый вышел из шахты. Илья осторожно опустил Леру на пол и положил палец на курок бластера, который, почувствовав человеческую руку, начал тихо прогреваться.

Глава V

Серая пелена облаков, вечно укутывающая планету, мутным туманом заволакивала экраны, разбиваясь о корпус. Ломаный разряд молнии возник перед кораблём, озаряя тучи мертвенным голубым светом. Постоянная гроза в нижних слоях атмосферы – подарок от Икс-Рэйев, времён Первого Конфликта, ежегодно превращала в пыль до дюжины малых и средних кораблей. Эсминцу мелкие молнии серьёзного вреда не причиняли, но после каждого попадания в корабль светящиеся снопы искр уносились прочь сквозь тучи. Вдруг синее сияние залило рубку, на обзорные экраны упали светофильтры.

— В десяти километрах прошла, - пилот испуганно посмотрел на капитана, - Может, обойти район? Если бы зацепила…

За бортами пронеслись чудовищные громовые раскаты.

— Я знаю, - Хорн отлично понимал опасность прохождения грозового фронта. Это была уже не та гроза, что бушевала здесь полтора века назад, но и сегодняшней вполне хватило бы эсминцу.

— Продолжаем снижение с выходом над Шато, - коротко приказал капитан.

Корабль, немного подрагивая, уверенно шёл к земле. Алан был доволен удачным завершением операции по обезвреживанию гравитационной бомбы. Сейчас где-то далеко наверху пристыковавшийся к “Стражнику” крейсер облепили ремонтные бригады, пытаясь восстановить повреждённый корабль. Приятно, что он ещё подлежал восстановлению: заказывать новый в мирное время стоило бы огромных денег.

Почти сразу же после удачной стыковки на связь вышли несколько информационных каналов, которым Хорн рассказал всё как было – кое-где недосказав, а кое-где не объяснив правды. Но в данный момент его больше беспокоил не инцидент с грави-оружием, а доклады приземлившихся членов экипажа крейсера. Рядом со столицей Рейна – открытый Провал…

Эсминец с отрядом десантников и тяжёлой техникой на борту садился в районе Двери. Это был единственный тип больших боевых кораблей, способных выполнять посадку на планеты, так как изначально он и был задуман как прикрытие десантных транспортов.

— На десяти километрах отстыковываем перехватчики. Не хочу, чтобы Спокойствие устроило нам тёплый и неожиданный приём.

— Перехватчики будут отстыкованы через двадцать секунд, - доложил второй навигатор.

Резкие толчки и ровный, тяжёлый гул обозначили момент отстыковки. Четыре кораблика понеслись сквозь тучи, искать возможные цели.

Пилот первого перехватчика увёл машину вправо от возможного разряда молнии, на который указывал компьютер. Ещё миг и облака остались где-то над головой. Впереди замаячили маленькие светящиеся звёздочки. Связь внутри грозовых облаков была практически невозможна, и пилот не смог предупредить экипаж эсминца о несущихся навстречу планетарных истребителях.

Вдруг одна из встречных машин вышла на связь. Голос трещал и хрипел, эфир был полон помех.

— Садитесь в районе четырнадцать сто двадцать… - связь на мгновение прервалась, - … не открываем огонь.

— Уйдите с курса, - пилот с ужасом посмотрел на приборы, - За нами садится эсминец.

Мимо перехватчика пронеслись боевые машины Спокойствия. Навстречу им из облаков вывалился тупой нос садящегося корабля.

(Возможно, неподготовленный читатель или главный редактор – Грин – считают, что космические перехватчики чем-то похожи на современные нам реактивные? Нет! Вы сильнейшим образом заблуждаетесь.

Перехватчик более всего похож на приплюснутый с двух сторон конус. Летает он плоскими сторонами параллельно земле, конечно, если дело не в космосе. Что касается длины – около сорока – сорока пяти метров. Есть визуальный экран, другими словами, прозрачное бронированное стекло с зеркальной противолазерной поверхностью. На случай, если видео системы корабля выйдут из строя. Такие экраны есть практически на всех боевых кораблях. Другое дело, что они в обычное время закрыты мощными броне-пластинами. Перехватчики же имеют постоянно открытые экраны визуального обзора - окна. И ещё я надеюсь, что никто из Вас не думает, что рубка большого или среднего боевого корабля – это выступающая как у современной подводной лодки часть. Запомните, что рубку, командный центр или другие важные помещения, наоборот, стараются упрятать поглубже, и зачастую ближе к корме, а не к носу корабля.

23:09 28.03.2001. StarCraft - rulezzzzzzzzzzz

Leaver)

Хорн посмотрел на экраны: по направлению к кораблю несся отряд атмосферных истребителей. Скорость была небольшой, и даже без щитов столкновение не вызвало бы фатальных повреждений, но посадка бы стала уже не плановой, а аварийной.

— Собьём? – поинтересовался энергетик.

Алан отрицательно покачал головой.

— Может ещё увернутся. Всё-таки профессионалы.

Пилоты истребителей действительно были мастерами. Вместо того, чтобы пройти вдоль корпуса, они увели корабли в стороны – эсминец имел много выступающих частей.

— Связь с планетарной группировкой, - сообщил пилот.

— Прекрасно, соединяйте.

На правом переднем экране возникло твёрдое лицо человека в чёрном плаще. Алан Хорн где-то уже видел его, очень- очень давно.

— Фор Нэд, - представился человек.

— Алан Хорн – командор Рейнской звёздной группировки. Адмирал Войск.

— Глава Спокойствия на Рейне, - в тон Алану ответил человек. Он еле заметно усмехнулся, увидев как изменились лица пилотов.

— Чем могу быть полезен? - на лице капитана не дрогнул не один мускул.

— Мы хотели бы обратиться к Войскам за помощью, - он кашлянул, - Возникла некоторая опасность Вторжения.

— Кто-то хочет к нам в гости? – Хорн был сама невинность.

— Перестаньте, адмирал. У нас есть подозрения, что Гостей поддерживает какая-то местная организация.

— Лига, Контроль? Местные промышленники или преступные синдикаты? – в голосе Хорна появились деловые нотки.

— Мы не уверены, - Фору не хотелось делиться своими неудачами, - У вас есть конкретные предложения?

— У меня всегда есть предложения, - весело ответил адмирал, - Предлагаю организовать встречу на поверхности планеты в районе Двери. И уберите истребители: они мешают садиться.

Двухсотметровый блестящий цилиндр эсминца, ощетинившись антеннами и стволами плазменных пушек, стремительно снижался над Шато, выдирая мохнатые клочья облаков. Алан видел раскинувшийся на поверхности планеты дождей огромный город. Люди исчезали среди его бескрайних просторов, но они всё же были. Кто-то спешил на работу под осенним дождём, кто-то встречал мокрый Рейнский рассвет, смотря на поднимающееся сквозь завесу дождя солнце, кто-то ловил прорвавшихся в мир Гостей… Никто не предполагал, чем может закончиться сегодняшнее утро. Гул похожего издалека на транспорт садящегося эсминца не привлекал внимания. Вот только обычные транспорты не перевозили термоядерного оружия.

За всё время Второго Конфликта люди так и не научились открывать Двери, зато они обнаружили, что водородный взрыв – прекрасный способ их закрывать…

Солнце жёлтым диском поднималось над горизонтом. Ночные тени досадливо разбегались под его лучами. Стекло было тускло серое, во всю стену. С высоты двести тринадцатого этажа весь город был, как на ладони. Несмотря на короткие сутки, в это время года ночь длилась по двенадцать часов, и Хранитель, прижавшись лицом к окну, наслаждался долгожданным рассветом.

Кто же они, загадочные союзники Гостей? Алан со своими людьми собирается найти их и войти в контакт с ними.

Фор вдруг осознал, что все его хитроумные, красивые планы, все интриги Торговой Лиги, все происки коррумпированных чиновников из Парламента – ничто по сравнению с силой Войск. Власть всегда кажется только твоей, пока в игру не вступают те, кто эту власть защищает. Звёздный флот мог спалить планету за несколько часов, эсминец Хорна мог уничтожить Шато за несколько минут.

Только бы Гости не дали адмиралу повода сбросить бомбы. Мысль была потрясающей, но она была правдой. Хорн не собирался гробить всю планету, но он собирался не допустить Вторжения любой ценой. Но вспоминая последствия Вторжения во время Второго конфликта, треть гигантского города могла показаться капитану вполне приемлемой оплатой.

Как всё просто. А он думал, где достать гравитационную бомбу. Проблема решилась, но слишком неприятным способом. Теперь адмирал отправит группу на ту сторону Провала, положить гравитационный заряд, а затем закроет Дверь…

— Но я же Хранитель! – прокричал Нэд поднимающемуся солнцу.

Солнце равнодушно молчало. Его не волновали проблемы человека, живущего на одной из планет системы.

— Я должен защитить этот мир, - произнёс Фор шёпотом, - Связь с кораблём адмирала Хорна, - сказал он, подойдя к столу, на котором автоматически включился видеофон.

На экране появилось немного суровое лицо Алана.

— Адмирал, не делайте этого, - сразу же сказал Нэд.

— Чего? – удивился Хорн.

Фор пошёл ва-банк.

— Нам известно, что у вас на борту термоядерное оружие, - Нэд замолчал.

Капитан медлил с ответом. Потекли долгие секунды ожидания. А может, это и есть ответ? Фор прикинул, что от эсминца до его штаба ракетам лететь секунды четыре.

— У тебя есть другой способ закрыть Дверь? - по лицу капитана пролегли глубокие складки морщин.

— Нет, - Нэд понимал, что этим коротким словом полностью передаёт свою судьбу в руки Хорна. А у адмирала оставался только один логичный поступок.

— Твой офис – двухсот четырнадцати этажное здание в западной части города? – неожиданно спросил с экрана Алан.

Фор почувствовал, как по комнате скользнули невидимые лучи прицелов.

— Двухсот тринадцати…а что?

— В здании с высокой вероятностью присутствуют Гости, - капитан прищурился, как будто собирался заново пересчитать этажи штаба Службы.

— Что!? Ты в своём уме? – Фор забыл про вежливость, - Здесь же четверть всех людей Спокойствия.

— Но мало Хранителей. У вас Гости.

— Не стреляй, - почти взмолился Фор.

— Между сто сороковым и сто шестидесятым этажами, - Алан был невозмутим, - Здание от плазмы не рассыплется?

— Нет, - автоматически ответил Хранитель, - Постой! Мы возьмём их живыми.

— У тебя три минуты: предупредить персонал. Конец связи, - эсминец отключился, экран видеофона погас.

— Придурок, - резко произнёс Фор.

Но времени оставалось мало. Он переключился на канал обще-штабной связи.

— Всему персоналу покинуть с седьмого по десятый альфа сектора. Причина – возможный террористический акт, - Нэд задумался. Стоит ли брать Гостей, да и кто они? – Группам захвата действовать по плану три, операция “Лиса”.

Фор подошёл к стеклу. Далёкий стержень боевого корабля блестел на солнце. Стоило бы отойти от окна: у Нэда была устаревшая информация о плазменном оружии эсминцев. Ослепительный огненный шар плазменного заряда преодолел тридцатикилометровое расстояние почти мгновенно. Здание как будто даже не шелохнулось. “Странно” – успел подумать Фор, а затем страшный удар расколол мир. Первый раз в жизни Фора подвела интуиция…

Приятные жёлтые отблески солнца на стёклах домов создавали замысловатый узор. Чёрные грозовые тучи, висящие над городом, казались комьями грязной ваты, которую кто-то приклеил к небу. Горизонт был уже чист: гроза уходила на запад, и солнце легко пробивало тонкую завесу оставшихся облаков.

Андрей посмотрел на свою тень. Человек в тяжёлой броне, разумеется, создаёт необычные очертания неосвещённого участка. Но внимание Волкина привлекло другое – тень двигалась! Он посмотрел по сторонам, что-то очень яркое приближалось с юго-запада, тени от зданий поползли под неправильными углами. Пилот задрал голову, в поисках столь яркого источника света. Над городом с рёвом пронёсся плазменный заряд. И через мгновение раздался глухой удар.

“А где же взрыв?” – удивился Андрей. Развеивая его удивление, горячая волна сжатого воздуха упала на квартал. Пилота отбросило на асфальт.

Стряхивая с себя стеклянную и каменную крошку Волкин поднялся и огляделся. Огромное здание, целиком занимающее соседний микрорайон, полыхало гигантским пожаром почти по всей верхней трети. Дома вокруг полностью лишились стёкол, только дешёвые пластиковые плёнки кое-где по-прежнему затягивали окна.

В голове кружился только один вопрос: кому понадобилось использовать космическое оружие в пределах планеты? Как представитель войск, Андрей имел полное право присутствовать при любых планетарных спасательных операциях, но логичнее было бы покинуть опасный район. Здание могло рухнуть в любое мгновение, да плазменный выстрел мог оказаться не последним. Но что-то притягивало его к месту странной катастрофы.

Как всегда, прежде чем успели появиться спасатели, начали собираться зеваки. Волкин достал удостоверение члена Войск и начал проталкиваться сквозь толпу. Энергоаккумуляторы брони ещё не разрядились, и пилот легко преодолел этот живой барьер. Оказавшись между горящим небоскрёбом и людьми, он включил режим громкоговорителя.

— Прошу покинуть опасную зону!

— Чего опасного-то, - удивился кто-то, - Горит наверху, а мы здесь!

Бетонная двухметровая глыба рухнула сверху в трёх шагах от Андрея. Крошки камня брызнули в разные стороны. По замершей толпе прокатился испуганный ропот. Волкин взглянул вверх – пока больше ничего не обваливалось.

Сирены спасателей вывели зевак из оцепенения. От одного из автомобилей отделилась фигура в красном защитном костюме.

— Командир второй группы пожарных, - представился Волкину человек, видя в его руке удостоверение офицера Войск, - Доложите обстановку.

— Пожар пятой степени. Источник возгорания - прямое попадание мощного плазменного заряда, - Андрей усмехнулся, - Начинайте работу.

Он развернулся, и, прихрамывая, направился внутрь здания, из которого уже начали выбегать люди.

— Куда вы? – испуганно спросил пожарный.

— На спасательную операцию, - сказал Волкин из-под шлема глухим голосом.

— У вас броня повреждена!

Пилот приоткрыл лицевой щиток и, улыбнувшись, шагнул в стеклянные входные двери. Выбегающие люди удивлённо оглядывались на него.

В вестибюле было полно народу. Испуганные секретари, местные взволнованные пожарные, невозмутимые Хранители в чёрных плащах. Один из них направился к Андрею.

— Прошу извинить нас, но в здании чрезвычайная ситуация: никто не допускается внутрь.

— Я - офицер войск, - возмутился Волкин.

— А я – Хранитель Спокойствия, - беззлобно, но жёстко ответил человек.

Что-то притягивало пилота в это здание, но справиться даже с несколькими Хранителями в одиночку было невозможно. Вдруг внимание Андрея привлек индикатор над дверями ближайшего лифта. Конечно, здесь могли быть очень скоростные лифты, но только не до такой степени…

— Лифт падает! – воскликнул Андрей.

Хранитель обернулся, по его спокойному лицу скользнула тень испуга. В этот момент лифт опустился на первый этаж. Вместо плавного открытия, двери, прогнувшись, с грохотом вылетели в вестибюль. Хранитель отпрыгнул, чтобы не получить удар. Андрей лишь слегка отвернул в сторону голову. Кусок металлопластика со скрипом скользнул по броне, улетая в зал. Волкин, опережая Хранителя, кинулся в лифтовую шахту и полез вверх по приделанным к стене скобам. Он опасался, что агенты Службы тут же начнут преследование, но они даже не заглянули в шахту. Что-то, что притягивало Андрея, пугало Спокойствие.

Лестница казалась бесконечной, и пилот боялся, что энергоресурс брони выработается где-нибудь между этажами. Удержать только своими силами двухсоткилограммовый скафандр, потерявший мускульные усиления, было почти не возможно.

Андрей не мог сказать, сколько он пролез. Может, десять этажей, а может, сто. Хотя объективное чувство усталости подсказывало, что вряд ли больше двадцати. В шлеме стало трудно дышать, и Волкин открыл бронещиток. Он боялся, что снаружи будет горячий, отравленный горением пластика воздух, но вопреки ожиданиям в шахте гулял приятный свежий ветер.

Шахта не была освещена, и только далеко внизу было видно светлое пятно первого этажа, да кое-где пробивался свет из щелей между дверьми. Осветительных приборов десантная броня не имела, поэтому Андрей полз на ощупь. Звяканье металлических перчаток о ступени стало уже привычным, когда сверху донёсся какой-то новый звук, более всего похожий на шелест открываемых дверей. А затем к нему добавился лёгкий свист. Ветер сверху подул сильнее.

Из открытых тремя этажами выше дверей лился ровный белый свет. Кто-то высунулся в шахту, затем резко прыгнул обратно за дверь. В пятно света ворвалось что-то огромное, стремительно падающее вниз. “Зачем в шахте два лифта!?” - успел удивиться Андрей, прежде чем второй лифт упал сверху.

Со скрежетом он унёсся вниз, присоединяясь к первому. Пилот остался висеть, прижавшись к лестнице: шахта была достаточно широкой, чтобы в ней разминулись два лифта. Андрей только сейчас заметил, что на противоположной стене тоже установлены ступени. Он представил, чтобы было бы, если бы он полез по ней.

Свет наверху моргнул пару раз и погас. Андрей решил, что стоит заглянуть туда. Броня могла подзарядиться, находясь в нерабочем состоянии, и, возможно, неизвестному человеку наверху требовалась помощь. Темнота сгустилась до чего-то почти материального, движения вязли в ней, но глаза не находили опоры. Нащупав пальцами край дверного проёма, Волкин резко подтянулся – быстрые движения скафандр производил более бесшумно. Он услышал неглубокое сбивчивое дыхание кого- то слева от себя.

“Какое у брони встроенное оружие?” - пронеслось в голове. Человек в комнате включил свой бластер - тихо запели прогревающиеся генераторы.

С высоты полукилометра город казался чернильной кляксой. Жёлтый диск солнца, поднимавшегося над ним, из-за облаков казался нереально огромным, с колеблющимися размытыми краями. Над горизонтом поднялась луна Рейна, её буроватый диск, не торопясь поплыл по утреннему небу.

Хорн не отрываясь смотрел на горящее здание штаба службы. Конечно, распространение Гостей в нашем мире - очень опасно, но его предотвращение жёстким образом может выйти боком для Войск. Уже много лет Алан, как и все представители войск, боялся возвращения Гостей. Его вполне устраивало сегодняшнее положение вещей, также как оно устраивало всю правящую верхушку Федерации Терры. Все смотрели на возраст командования сквозь пальцы. Почему-то никому не бросались в глаза цифры: восемьдесят девять, девяносто два, сто двадцать три, в то время как эти люди выглядели на сорок – пятьдесят лет.

Федерация проиграла Второй Конфликт, но об этом никто даже не догадывался. Все флоты, ушедшие в Провалы, вернулись победителями, понеся лишь лёгкие потери. Но вот экипаж вернулся другой. Гости не покинули измерение, они остались здесь, заняв все важные посты. Немногие местные люди сумели добиться такого же положения.

Алан Хорн испытывал некоторую жалость – погиб один из тех, кто так долго боролся с Гостями, наивно считая, что враг по ту сторону Двери. Фор Нэд, верный последователь идей Чистого Мира, главный Хранитель на Рейне, подобрался слишком близко к разгадке.

А теперь ещё и Гости. Алан совершенно не радовался появлению своих соплеменников. Давным-давно, сразу после окончания Второго Конфликта, все задверные Гости приняли соглашение о жёстком пресечении любых попыток проникновения новых Гостей в захваченный мир. Для этого были созданы Войска, Спокойствие, Контроль. Но только Контроль, как организация, был создан не Гостями, а людьми.

Хорну очень не хотелось, чтобы кто-нибудь из вновь пришедших подошёл к нему и, ткнув пальцем в грудь, назвал по имени. Адмирал искренне считал этот мир родным и не собирался терять поистине бесценный трофей. Но если не будет другого выхода, он сбросит на Шато две водородные бомбы с паузой в полторы минуты, и Гости не войдут в измерение, а на Рейне выберут новую столицу.

Спокойствие, в котором специально работали только люди, даже и не предполагало, что открыть Дверь вовсе не трудно – трудно добиться от Провала стабильности. Уничтожив теперешнюю, стабильную Дверь, такой же новой можно будет не ждать ближайшие полвека.

Всё это пронеслось в мозгу капитана за несколько секунд, в течении которых он рассматривал далёкий пожар.

— Гости всё ещё в здании, - доложил один из офицеров, - Можно пустить на штурм перехватчики.

Тогда придётся сбивать истребители конвоя, их пилоты и так сильно волновались из-за недавнего выстрела, постоянно пытаясь выйти с эсминцем на связь.

— Пусть летят, - Хорн пожевал губами, - Щиты включите.

Уж лучше в городе построят новый дом, чем на планете – новый город.

— После штурма перехватчики уходят за пределы атмосферы. Сбейте истребители конвоя. И дайте запрос нашим аналитикам, пусть придумают объяснение происходящего, - общаться с молодыми поколениями людей было интересно, но в коллективе приходящих он чувствовал себя увереннее, и, зная, что подобное чувство испытывают и другие, не упускал возможности сформировать команду того или иного корабля из одних Гостей.

Эсминец, накрывшийся пузырём щитов, немного вильнул – ближайший истребитель роем обломков полетел вниз. Перехватчики, набирая скорость, понеслись над городом, оставляя за кормой эсминец, на несколько мгновений осветившийся голубыми лучами зенитных лазеров.

Кругом была тьма. Ветер немного трепал волосы. Кто-то наверху тяжело дышал. Лёгкий лязг металла и скрип пластиковых волокон доносился откуда-то справа, как будто человек бронированном скафандре переступал с ноги на ногу. Что бы это могло значить? Лера попыталась вспомнить, что же произошло. Вдруг помещение озарила ослепительная голубая вспышка, и раздался глухой удар.

Глаза отказались воспринять столь резкий перепад освещения. Но когда через несколько секунд зрение вернулось, Лера, лежащая на полу, обнаружила, что над ней склонился человек в тяжёлой десантной броне, правый наплечник которой тускло светился красным светом. В воздухе носился запах горелого пластика. Светящееся пятно на броне незнакомца быстро остывало, и вскоре помещение вновь погрузилось во тьму.

Лера услышала, как человек нагнулся и поднял с пола какой-то металлический предмет, скорее всего, бластер. Он щёлкнул на нём парой кнопок, и комната осветилась тонким синеватым огоньком, дрожащим на конце ствола.

Девушка увидела лежащего рядом Илью и испуганно посмотрела на десантника, его лицо показалось ей смутно знакомым.

— Привет, - сказал Андрей, - Если не ошибаюсь, то я вас уже видел. Помнишь окраину Шато?

Лера кивнула, теперь она поняла, почему лицо этого человека показалось ей знакомым. Военный, приземлившийся в спасательной капсуле. Но его же убили!

Пилот второго перехватчика покосился на радары. Приближались истребители планетарных сил.

— Игнорируем бой, - приказал ведущий, - Продолжаем выход на цель.

— Нас же в спину расстреляют! – пилот не собирался погибать напрасно.

— Вторая пара, останьтесь, вам не нужна полная победа – только задержите их на пару минут.

Машины Спокойствия сходу ринулись в бой. Третьему перехватчику, несмотря на щиты, второй ракетой разнесло двигатели и он камнем ушёл вниз. Эсминец развернул батареи плазменных пушек и начал прикрывать своих огнём, за что тут же получил несколько попаданий в борт – щиты выдержали, но корабль закачался, как люлька мойщика стёкол.

Пилот одного из перехватчиков, не прицеливаясь, выпустил в горящий небоскрёб очередь плазменных зарядов.

Илья пришёл в себя, приподнялся на локтях и потёр голову. Андрей не собирался убивать его, но силу удара в броне было трудно рассчитать, и он немного переборщил.

— Прости, - Волкин подал Зарину руку.

Илья встал на ноги и поискал глазами Леру.

— Я в порядке. Только зря ты это сделал, - девушка поднялась с пола. Она не казалась возмущённой, скорее в её глазах читался страх перед будущим.

— Ты кто такой? – спросил Хранитель у Андрея.

— Не узнаёшь? – удивился пилот.

— Узнаю. Поэтому и спрашиваю. И не говори мне, что это случайность.

— Тогда мне нечего сказать, - Волкин пожал плечами, - Меня как будто тянуло что-то…

Лера хотела что-то сказать, но в этот момент здание задрожало, стена в конце тёмного коридора вдруг исчезла, в лицо ударило утреннее солнце и облако горячей каменной пыли.

— Они хотят убить нас! - воскликнула девушка.

— Это итак ясно, - мрачно заявил Хранитель, - Но зачем? А где мы, кстати?

— В штабе Спокойствия, - ответила Лера, - А убить нас хотят, я думаю, потому, что мы разгадали “тайну” Второго Конфликта.

Илья молча смотрел на свою знакомую.

— Я, оказывается, о тебе много не знал. Что ты ещё можешь рассказать?

— Я из Контроля, - Лера немного замялась, - Мы хотели заключить с Гостями мирное соглашение. Хотели сделать мир добрее, лучше, - она замолчала.

— А Спокойствие вам мешало?

Девушка кивнула.

— Мы пришли к выводу, что в мире итак полно Гостей, а вы ищите тех, кто изредка пробирается сюда из-за Дверей.

— Откуда ты знаешь это, девочка? – удивлённо спросил Андрей.

— Я – Гостья. Я пришла в ваш мир четырнадцать лет назад и вступила в ряды Контроля. Мы хотели помочь вам – не все Гости страшные и уродливые, как вы считаете, просто вы встречаетесь в основном с тремя довольно агрессивными расами, одна из них – люди… Если бы я вышла у Ка-Ю-19, то ваш мир тоже показался бы мне не самым приятным местом.

— Ты говоришь, что ты пришла к нам четырнадцать лет назад, но тебе не дашь больше шестнадцати.

— Мне было полтора года, мою мать убил местный Хранитель. Мне повезло, Контроль часто проверяет места работы Спокойствия – меня подобрали.

Зарин вздрогнул. Он и представить не мог, что хотя бы половина из сказанного Лерой во время операции по его захвату - правда.

— Кто может стоять за этим? - Волкин махнул в сторону дыры в конце коридора.

— Сходи, посмотри, - усмехнулась Лера. Пилот неуверенно шагнул и оглянулся, - Иди, иди, только смотри не вывались, - подбодрила его девушка.

— Кто это на самом деле? – спросил, нагнувшись к Лере Илья.

— Войска: они на пятьдесят процентов из Гостей, - спокойно произнесла Лера, смотря вслед пилоту.

— Что!? – под словами “в мире полно Гостей” Илья представлял себе несколько тысяч, а не четыреста миллионов…

— Вы проиграли Второй Конфликт – измерение заняли Гости.

— А что же будет теперь, когда вы поняли, что происходит?

— Да ничего: уничтожат Спокойствие, устранят Контроль, Лигу эти дела не волнуют – им от этого, может, только лучше станет, - девушка заглянула в лифтовую шахту, - Надо выбираться отсюда – не собираюсь присутствовать при первом в истории уничтожении штаба Службы.

Андрей подошёл к дыре в стене, края были оплавлены, как будто плазменным выстрелом. В голове возникла неприятная догадка.

Пилот стоял на краю пятидесятиметровой пропасти, а далеко над городом, по замысловатым траекториям уходя от висящих на хвосте самолётов Спокойствия, носились знакомые конструкции космических перехватчиков. Блестящий стержень эсминца облепили истребители, методично расстреливая корабль. Тот изредка огрызался плазменными выстрелами.

— Адмирал, зачем? – прошептал Волкин.

Перехватчик оторвался от двух истребителей Спокойствия и по огромной дуге повторно выходил на цель. Прицелы легли на небоскрёб широкими зелёными кругами.

— Попал, - заранее проговорил пилот. Неожиданно его машина потонула в столбе голубого света.

Хорн в глубине эсминца ударил кулаком в стену. Человеческие кости не выдержали бы такого удара.

— Чёрт! Не успели! Придётся сбрасывать бомбы.

Со стороны Провала показались странные паукообразные конструкции с вытянутыми башнями установок внешнего оружия. Энергетик узнал знакомые фигуры преддверных шагателей. Голубые лучи лазеров принялись полосовать эсминец.

— Капитан, корабль долго не выдержит. Подавить наземное сопротивление?

В ответ на предложение энергетика шагателей окутали переливающиеся пузыри щитов. Алан скрипнул зубами – ну не уничтожать же город из-за того, что Спокойствие не смогло предотвратить Вторжение.

— Точными лазерными ударами на предельной мощности, - проронил адмирал, - И, в конце концов, уничтожьте штаб Службы, там же полно Гостей!

Волкин удивлённо увидел, как вдалеке из-за Двери вышли, покачиваясь над домами на тонких лапах, шагатели Гостей. Эсминец тут же накрыл район Провала мощным лазерным огнём. Маленькое жёлтое солнце отделилось от висящего над городом корабля и стремительно понеслось к зданию штаба.

— Осторожно! - закричал Андрей, оборачиваясь к лифту.

Илья с Лерой, оживлённо обсуждавшие план отступления, не сразу поняли, к кому обращается пилот. Коридор вдруг залил ослепительно яркий свет. Здание тяжело вздрогнуло, пол ушёл из-под ног, в глазах потемнело, сознание испуганно отпрыгнуло в стороны, оставляя место небытию…

Лера открыла глаза: она висела на чём-то. Точнее, её левая рука где-то застряла. Сознание постепенно прояснялось, в неровных отсветах пламени она увидела над собой Илью. Хранитель одной рукой цеплялся за ступени на стене лифтовой шахты, а другой держал девушку.

— Хватайся за лестницу, - прохрипел он.

Лера сумела ухватиться за металлические скобы и перелезть на ступени. Зарин облегчённо выдохнул - он уже пять минут ждал, пока она очнётся.

— Где пилот? – поинтересовалась девушка.

— Не знаю. Нас откинуло взрывом в шахту, если б я тебя не поймал…

— Спасибо, что спас меня. Поднимемся, посмотрим, вдруг пилоту нужна помощь? – предложила Лера, запоздало понимая глупость сказанного: там наверху свирепствовало пламя, раздуваемое ветром из шахты, от него броня не спасала.

— Давай спускаться, - немного помолчав, предложил Зарин. Девушка не двигалась, как будто ожидая чего-то, - Штаб Контроля находился в этом же здании?

Лера не ответила и молча полезла вниз по холодным ступеням.

Густые серые тучи были разорваны вышедшими из атмосферы кораблями. Корпуса кораблей покрылись голубоватым инеем замёрзшей дождевой воды. Бесконечное море звёзд расстилалось везде, куда падал взгляд. Планета огромным тёмным шаром лежала за спиной.

Алан смотрел на приборы: эсминец несмотря на повреждения уверенно набирал скорость.

— Второй перехватчик просит стыковки, - доложил пилот, - Во время планетарного боя ему повредили баллоны с окислителем, двигатели задыхаются, он не может поддерживать необходимую скорость.

— Стыковку разрешаю, - согласился капитан, - Давайте сразу и третьего пристыкуем.

Перехватчики, плавно приблизившись, исчезли в открывшихся шлюзах. Глухо стукнули закрывающиеся двери, и машины оказались под прочной бронёй эсминца. Энергетик, долго возившийся с распределением энергии в околопланетном пространстве, наконец доложил:

— Провал потерял стабильность и быстро уменьшается. Он уже потерял до сорока процентов поверхности. К вечеру он полностью исчезнет, - он довольно улыбнулся, - Капитан, вас можно поздравить с успешным завершением операции.

Вдалеке показались звёздочки флота. “Стражники” вышли на связь, крейсера считались более мощными кораблями, но слишком громоздкими, поэтому в планетарных флотах зачастую флагманами становились зенитные ракетоносцы.

— Адмирал Хорн, на прямой связи Парламент и флот. Что следует доложить?

— Разумеется, сначала флоту: координаты и код – чтобы не сбили! – удивился Алан. Люди зачастую становились куда лучшими помощниками, чем Гости.

Ракетоносцы радостно приняли сигналы гиперпередачи, разрешая подойти к кораблям. Пилот переключил каналы – на экране вместо блестящих геометрических фигур кораблей возникло лицо пожилого человека.

— Алан, я рад, что ты успешно предотвратил Вторжение в наш мир. Тебе будет вынесена благодарность от имени Парламента Рейна, - Олд Гест – нынешний премьер-министр – не считал нужным представиться.

— Всегда готов служить Федерации, - Хорн склонил голову в лёгком поклоне.

— Удачи вам и в дальнейшем, адмирал, - если Гест и подмигнул капитану, то это заметил только сам Хорн.

Изображение исчезло, на экранах снова плыли звёзды. Адмирал поднялся из кресла и, сложив руки за спиной, в задумчивости вышел из рубки. Корабль не имел больших помещений, но коридор был снабжён обзорным экраном. Алан Хорн медленно прошёл его почти до конца. Только у самой двери он обернулся и взглянул на экран.

Эсминец серебряным пятном проносился над планетой. Хорн смотрел на Рейн, недавно чуть не потерявший несколько миллионов жителей. Алан был рад – он их защитил.

В коридор ворвался взволнованный навигатор из рубки:

— Министр снова на связи.

Алан ещё раз взглянул на звёзды, отыскав взглядом корабль, с которого наблюдал последние сутки за планетой Гест, и направился в рубку. С голубого экрана на капитана внимательно смотрел министр.

— Нужно ликвидировать Провал, - лицо Геста отражало абсолютное спокойствие, - Адмирал, вы знаете, что нужно делать.

Лёгкая складка, появившаяся на лбу Хорна, не ускользнула от внимания министра:

— Я уверен, вы справитесь, - взгляд Геста не изменился, но тон, с каким он произнес эту фразу, говорил Хорну многое. Больше, чем слова.

Хорн посмотрел куда-то за спину министра и медленно кивнул:

— Хорошо.

Изображение погасло, адмирал остался наедине со звёздами. На обзорных экранах был бескрайний космос. Корабль министра плыл в сотне километров от “Стражников”.

— Капитан? – пилот посмотрел на Хорна.

Оторвав взгляд от звёзд, адмирал повернулся. Такой решительный взгляд пилот видел у него редко.

— Вводите координаты цели.

— Мы останемся с вами до конца, - тихо, глядя на клавиатуру, произнёс энергетик. Его пальцы коснулись сенсоров.

Хорн отвернулся. Он вспомнил мир, из которого пришёл: чем он отличался от этого? Те же желания, те же цели. Пусть отныне всё зависит только от его совести.

— Отключите связь, - в последний момент произнёс Алан.

Рубку залило ослепительным светом. Черноту космоса разрезали светящиеся голубые линии. Снова стало видно звёзды. Светящееся облако, которым недавно был корабль Геста, медленно угасало.

— Наверное, мы поступили правильно, - пилот посмотрел на серый диск планеты, - Капитан, но зачем мы защищаем этот мир?

Хорн медленно вышел из рубки, на пороге он обернулся и тихо произнёс:

— Он – наша Родина.

Поднимался ветер, казалось, забывший, что уже давно взошло солнце. К вечеру снова должен был собраться дождь. Холодный треск срывающихся с Двери голубых разрядов не добавлял картине живописности.

Илья поправил на голове сбившиеся волосы.

— Ты точно хочешь уйти?

Лера кивнула.

— Мне больше здесь нечего делать. Мы попробовали и проиграли. Возможно, я ещё вернусь, - она криво улыбнулась.

— Ну, наверное, и всё, - тихо сказал Илья.

— Знаешь, мы с Алексом тебя обманули, - девушка посмотрела на небо, - Гости вовсе не такие, как их чувства. Наоборот – они такие, какими их видим мы. Старайся видеть не то, что кажется, - она замолчала.

— Что бы тебе пожелать на дорогу? – улыбаясь, произнёс Зарин.

— Пожелай мне удачи, - серьёзно сказала девушка. Ветер трепал её волосы.

— Пока, - сказал Хранитель, слегка взмахнув рукой, - Удачи!

— Спасибо. Пока, - она развернулась и пошла к Провалу, а затем, не оборачиваясь, шагнула в Дверь.

Наверное, надо было радоваться – первый в истории Спокойствия не враждебный контакт с Гостями. Вот только где-то глубоко под сердцем остался вязкий комок чего-то липкого и холодного. Илья посмотрел на серые тучи, которые быстро неслись по небу. А кому он нужен здесь? Ветеран организации, борющейся за спокойствие в мире, которым правит добрый и справедливый враг. Зарин сунул руки в карманы брюк и весело засвистел незамысловатую мелодию.

В лужах вокруг сузившегося до размеров обычной двери Провала, отражалось вечно серое небо планеты, на которой стало на одного Хранителя меньше…

Вставшее над городом солнце не могло согреть серое небо. День медленно умирал, так и не успев родиться. Огромное горящее здание, лишившееся верхней половины, стояло над Шато как напоминание всем, кто хотел встать над идеями и принципами.

Нельзя спорить с жизнью – это Волкин понял давно. Но вот зато можно спорить со смертью, потому что, если проиграешь, платить по счетам будет некому. Пилот снял последний сегмент брони и сложил его в кучу к остальным. Нога немного болела - наверное, перелом. Ещё бы – упасть с пятнадцатого этажа в броне с полуразрядившимися аккумуляторами.

Прихрамывая, он побрёл к ближайшей остановке троллейбуса. Тот подошёл почти сразу, двери открылись. Табличку “В парк” на лобовом стекле Волкин не заметил. Андрей быстро поднялся внутрь и остановился. Единственного, кого он не знал, - это водителя. Всех десятерых пассажиров он запомнил по тёплой встрече на окраине Шато. Худой кондуктор в чёрном плаще обратился к пилоту.

— Ну, вот мы тебя и нашли, - лёгкая улыбка скользнула по перебинтованному лицу, - Хотел дать работу, да только теперь не знаю, куда же тебя принимать – ни Контроля, ни Спокойствия уже не существует.

— Вам виднее, - опускаясь в кресло, сказал Волкин, - Создадим новую организацию, назовёмся, например, Контрольными Хранителями.

Фор склонил голову на бок, сморщился и сказал.

— Посмотрим, сначала надо заехать в штаб.

— Много Хранителей осталось? – поинтересовался Андрей.

— Полный салон должны набрать. Давай свой билетик.

— У меня карточка.

Троллейбус, набирая ход, поехал прочь, Новые Хранители выбрали себе первое задание.